Рок подкасты
Подкаст: Живьём. Четверть века спустя

Выпуск #1 "Егор и Бомбометатели"

25 декабря 2020 г.
«Егор и Бомбометатели» — это сольный проект Егора Никонова, гитариста оригинального состава «Ва-Банка». Группа исполняла обжигающий панк-рок с нетипичными для жанра философскими текстами. Концерт на «Ракурсе» состоялся в феврале 1996 г, были исполнены песни с альбома «Мудрак». Слушаем и обсуждаем вместе с Егором Никоновым и Дмитрием Алениным.
00:00:00
00:00:00
0:19 читать Приветствие

Всем привет! У микрофона Сергей Рымов. Мы начинаем цикл подкастов, посвященных  живым концертам на радиостанции Ракурс.

Сотни прекрасных музыкантов за время существования радиостанции «Ракурс» прошли через ее студию, и это было  здорово, было много драйва, много энергии, много хорошей музыки.

Сегодня первый выпуск подкаста,  группа «Егор и Бомбометатели», у нас в гостях Егор Никонов и Дмитрий Аленин. Привет, ребята. Мы сразу начинаем с музыки, чтобы без разговоров создать ту атмосферу, которая должна быть в нашем подкасте.

1:00 «Химический Бог»
4:12 читать О проекте «Егор и Бомбометатели» и об его участниках

- Егор, во времена этого концерта на радио «Ракурс», в феврале 1996 года, ты в первую очередь был известен как гитарист «Ва-банка». Что тебя заставило взяться за сольный проект?

Е. Н. - Прежде всего, на сольный проект  меня сподвигло творчество моего друга и однокурсника по филологическому факультету МГУ Олега Мудрака. Сейчас он профессор и доктор наук, а тогда был студентом, играл на гитаре и писал песни с отличными текстами, и мне их исполнял, но больше никто их не слышал. И я подумал – ну, так нельзя. Как говорит Мамонов: «Ну что все себе, себе? Надо же людям»! И я решил сделать проект и записать песни Олега. Поскольку они исполнялись под акустическую гитару, мне это было не совсем интересно, хотелось более сложных форм: две гитары, бас, барабаны, больше драйва. И вот я решил сделать этот альбом, который так и назывался: «Мудрак». Тексты все были Олега, а музыку пришлось додумывать.

- Кто еще участвовал в проекте? И кто еще был в студии, когда записывался этот концерт на радио Ракурс?

- Еще участвовал в проекте Юра Селюков, совершенно замечательный человек. В то время он торговал автомобилями BMW.

- Но он же еще был менеджером группы «Ва-банк»?

Е. Н. - Сначала он торговал машинами BMW, потом ему это надоело. К тому же это было стремно, это же 95-й год. Был случай, Александр Скляр шел на радио Ракурс, в 100 метрах от него остановился черный BMW, оттуда вышел человек и расстрелял другой, такой же черный, BMW. Средь бела дня! Вот это были 90-е годы. А Юра торговал этими машинами. Ну так вот. Идея альбома  была моя, а осуществление его. Он купил систему, чтобы записывать многоканально на кассету, A-DAT, по-моему, это называлось. И мы начали писать альбом прямо дома у него. Гитару и бас-гитару я записал у него дома, а потом мы пошли на студию «Веселые ребята» и наложили там барабаны. Все наоборот. Так никто не делал. И потом я наложил вокал. Ну, вот такой бред, так мы записали альбом. А Юра еще играл на клавишах. К тому же он стал менеджером проекта. Сказал: мы будем выпускаться сами - сами поедем в Австрию, сами напечатаем компакты и сами увезем. Что  и было сделано, в 95-м году мы вывезли на машине из Австрии 2000 компактов!

- Юра же тогда на басу играл? В студии не было клавиш. И кто был еще?

Е.Н. - Нет, на басу играл я. Юра стал играть на басу позже, когда пошла такая пьянка, когда уже надо было живьем играть. А третьим был Майк Полещук из группы «Наив», замечательный барабанщик, который, к сожалению, очень рано ушел, в 26 лет. Он, кстати, как раз накладывал барабаны на мою гитару на записи альбома «Мудрак».

8:15 «Помнишь ли ты его»
11:34 читать О концертном звуке и вообще о концертах «Егора и Бомбометателей»

- Егор, вот сейчас мы слушаем живой концерт на радио «Ракурс». Как это звучит сегодня?

Е.Н. – Очень прилично, кстати, звучит.  Хотя это 96-й год, но звук отличный. А потому что кто рулил? А рулил дедушка Роберт, звукорежиссер группы «Ва-банк».

Дедушка Роберт не только звукорежиссер группы «Ва-банк», но и один из любимых ведущих  радио «Ракурс», а до этого радио SNC. Не секрет, что у радио «Ракурс», «Ва-банка», «Егора и Бомбометателей» особые отношения.  И то, что сегодня Егор и Дима у нас в гостях – это не случайно. Дим, ты же пришел в коллектив немного позже?

Д.А. – Да, я попал в группу Егора позже, в 2001 году, по интересному стечению обстоятельств. Однажды звонит Егор (мы к тому моменту уже были давно знакомы, лет 7 или 8, но вместе не играли), и спрашивает: «Димон, у тебя дома инструмент есть? А знакомый барабанщик?  У меня завтра концерт, а мои музыканты не могут.  Можете подъехать завтра на базу и отрепетировать программу?» Я, конечно, удивился: «Завтра?!» – «Да, завтра концерт». Ну, в общем, бас  у меня был, барабанщик знакомый – тоже. Мы с Сергеем Метелем приехали утром на базу и за 8 часов отрепетировали программу, и в этот же вечер уже играли концерт, а потом и еще шесть, которые уже были запланированы до звонка Егора.

- Егор, а правда, что ребята разучивали партии по этой записи концерта на «Ракурсе»?

Е.Н. - Да, я дал кассету (тогда интернета не было, ничего не было, все из рук в руки) на одной стороне которой была студийная запись, а на другой – вот этот концерт. Самое интересное, что перед первым концертом, чтобы погасить волнение, мы просто играли в карты.

Д. А. – Я считаю, что этот первый концерт,  сточки зрения эмоционального драйва, был самым успешным.

- Егор, насколько много концертов было у «Егора и Бомбометателей»? Насколько плотным был концертный график?

Е. Н. – Немного, никто этим особо не занимался. Было много концертов у «Ва-банка», и в основном я играл в «Ва-банке», плюс работал по специальности, по профессии я переводчик с немецкого и датского, времени на свою группу особо не было. Но клубов было много, не то, что сейчас, легко можно было забить концерт, и, пожалуйста, играй.

Д.А. – Есть интересная история того времени. Тогда поступило предложение от немецких партнеров Егора сыграть концерт "Бомбометателей" в Германии. И Егор полетел туда с другим барабанщиком, Андреем Белизовым.

Е. Н. – Тогда приходит ко мне Миша Полищук, я ему говорю: «Миш, я зарядил концерт в Германии, мы играем на фестивале, давай свой заграничный паспорт». Он мне дает загранпаспорт, выданный в МВД Чечни, и я вижу, что это липа просто. Блин, и что делать? Концерт уже вот. Тогда я звоню Андрею Белизову, а он постоянно в Германию мотался, и говорю: «Андрюх, у меня концерт слетает». И он говорит: «Да не вопрос, поехали!» И он тоже учил (это карма!), свои партии в самолете по концерту на радио «Ракурс»!

16:21 «Самый-Самый»
19:14 читать О панк-роке и философских текстах

- По поводу песни «Самый-самый» - это какая-то непростая версия, в отличие от альбомной?

Д.А. – Это не непростая версия, а просто более правильная, чем в альбоме. В альбоме Миша Полещук, светлая ему память, накладывал барабаны поверх егоровых гитар, и есть там момент, когда он вступил перед соло, скажем так, неровно, а на концерте «Ракурса» сыграл точно так, как надо.

- Егор, скажи, вот этот твой альбом и весь проект «Егор и Бомбометатели» – это панк-рок или это что-то другое?

Е. Н – Да, это, наверное, все-таки панк-рок. Панк же это был журнал. Был журнал, назывался Punk. И все кто был не похож на других, тоже были панк. Я к панку отношусь с точки зрения, как он был придуман в Америке: да это вот такой журнал, люди развлекаются таким вот образом. Но это достаточно интеллигентные люди, не просто такие вот гады, которые любят жрать отбросы, в панке есть своя философия, протест определенный. Я не считаю, что панки – это просто какие-то жлобы. Это такая своеобразная молодежная протестная активность.

- А «Ва-банк» – это панк?

Е.Н – Нет, «Ва-банк» – не панк, «Ва-банк» – это ритм-энд-блюз.

- А все считали, что «Ва-банк» - это панк.

Е. Н. - Ну нет, какой же это панк? Тут как считать… Вот Clash – это панк?

- Clash всегда считался классикой панк-рока.

Е. Н. – Кто-то считает, что это панк, а я так не считаю. Это такая городская песня, жесткая. А Ramones – это панк? (Смеется) Вопрос… Sex Pistols – вот это панк!

- А кто еще панк, кроме Sex Pistols и «Егора и Бомбометателей»?

Е. Н. - Хороший вопрос… (смеется) Никто (смеется)

- Вот у тебя университетское образование. Скажи, вот как люди с университетским образованием могут быть панками?

Е.Н – Понимаете, мы не хотим писать лирику, когда вокруг такой ужас. Как должен был говорить персонаж «Кавказской пленницы»: Самое главное в нашем деле – это социалистический реализм. К сожалению, вырезали эту фразу из фильма. Вот социалистический реализм – это и есть панк. Вот Clash – вполне социалистический  проект, они ж коммуной жили, не с буржуями же им дружить.

- Дим, когда ты впервые услышал Егора с «Бомбометателями», ты подумал: «Круто панк рубят ребята?» Или как?

Д. А.  - Это было абсолютно необычно. Это был такой, скажем, панк-энд-ролл с чумовыми философскими текстами, которые были понятны не многим. Все непонятное, наверное, можно подвести под аббревиатуру «панк». Но я не вешал какое-то клише, просто понимал, что это - круто.

- Егор, вот Дима говорит, что тексты Мудрака непонятные. Для меня они где-то понятны, а где-то нет.  В свое время ты говорил, что тексты другого твоего проекта – «Кабинет»  – идиотические. Не идиотские,  а идиотические, и это разные вещи. Ты делал их такими осмысленно?

Е.Н. - Да, это было сделано специально, я специально писал их такими.

- Когда ты захотел делать альбом «Мудрак», ты взял песни, спетые просто под акустическую гитару,  в первую очередь  тебя зацепил текст? Насколько важен текст?

Е. Н. – Да, текст  - это важно. Было бы идеально, чтобы и в этом проекте, и вообще слушали и музыку и текст. С другой стороны, когда много хорошей музыки и много хорошего текста, люди устают. Странно, но это действительно так. Потому что как? Когда, скажем, заводная драйвовая музыка  - она зовет тебя танцевать, и тебе уже не до текста. Чтобы слушать текст, ты должен сидеть и слушать, сосредотачиваться. Поэтому ты должен текст знать, вот ты послушал текст, ты его знаешь, и уже идешь рубиться на площадку.

- Я считаю, что все песни этого альбома – хиты. Сейчас поставлю песню «Мышь», которую теперь уже мои дети знают и вспоминают по всяким понятным и непонятным поводам. 

23:26 «Мышь»
26:40 читать О мнении Олега Мудрака, как печатали альбом в Австрии и о «Ва-БанкЪ Family»

Егор, ты видел в интернете мультфильм под эту песню? Имеешь какое-то отношение к этому видео?

Е. Н. – Видел, классная вещь, но я не знаю, кто это сделал.

Д.А. – Мои дети, когда были маленькие, называли этот мультфильм «Тохтамышь».

- Егор, Олег Мудрак слышал этот твой альбом?

Е. Н. – Слышал, ему понравилось. Мы даже хотели делать второй альбом. Как он говорил: более угрюмый. Я  хотел, чтобы музыка исполнялась втроем. Здесь я писал гитары и бас один, а хотел классический рок-состав.

- В альбоме же еще звучит гитара Михаила Кассирова?

Е.Н. – Да, совершенно удивительный человек Михаил Леонидович Кассиров, мы не учились вместе в университете (что даже странно), но мы большие друзья и играли одно время вместе в группе Ва-банк, и это был очень интересный период. Он очень интересный музыкант, такой музыкант-технократ, совершенно потрясающий инструменталист.  Невероятный человек, который при этом считает, что он играет плохо.

Д.А. – Я сейчас работаю в музыкальном магазине и недавно Михаил Леонидович меня посетил. Прошелся по магазину, как по музею, посмотрел инструменты, но когда увидел инструмент, который его заинтересовал, восьмиструнную электрогитару, взял ее в руки и сказал: Вот на ней я смогу сыграть классические произведения. Привет тебе, Михаил Леонидович!

Е. Н. – Те, гитары, которые он записал на альбом «Мудрак», выглядело это так. Приехал он: «Ну что, показывай, какая у тебя тут песня хорошая?» – «Да вот эта вроде ничего». – «Ну, давай». Так и записали. (Смеется)

Д. А. – Раз уж мы начали вспоминать дядек, я хочу отметить еще двух людей, имеющих непосредственное отношение к этому альбому: это Илья Китуп, который полностью нарисовал дизайн обложки, вокалист группы «Кабинет», в которой мы сейчас играем. Илья, привет! И второй человек, который не принимал участия в записи, но был душой проекта, всегда был рядом и всегда нас поддерживал – это дядя Вова Родзянко, светлая ему память. Он всегда помогал советом, добрым словом.

Е. Н.  – Немного о том, как выпускался этот альбом. Это просто фантастика. Альбом  был отправлен  на Sony DADC в Австрию. Почему в Австрию? Потому что в России было дороже. Мы приехали в Австрию на этот завод, нам там сказали: Что-то быстро вы приехали, поживите недельку, и мы вам напечатаем. И диск был издан в Австрии! Представляете что это такое в 90-е? Уровень! Родной-не родной, все вот это вот.

- Да, помню,  берешь диск и первым делом смотришь – есть лейбак завода или нет. И если лейбак есть – то это совсем другое дело!

Д. А. – Но самое интересное – тираж разошелся в ноль! И насколько я помню, у Егора даже личного экземпляра не осталось.

- Лет 10 назад, когда компакт-диски умирали, и в супермаркетах просто скопом распродавали остатки, я один такой диск на развале откопал. Просто спас. И он у меня есть.

Е. Н. – Правильно сделал!

- Мы уже поговорили о Михаиле Кассирове, о Андрее Белизове, у меня создается впечатление, что в конце 80-х, начале 90-х группа «Ва-банк» и группа «Кабинет» - это одна большая семья. Это так?

Е. Н. – Да, мы до сих пор все вместе тусуемся. У нас даже есть такой хэштег в соцсетях - #vabankfamily. Соответственно, под этот хэштег попадают все дядьки, которые были причастны к группе «Ва-банк». Например, Алик Исмагилов.

- Алик участвовал в  «Бомбометателях»?

Д. А. –Да. Как раз на смену Андрею Белизову и Алику Исмагилову пришел я и Чуб из группы «Смех».

- Еще, наверное, Саша Белоносов? Или это больше к «Кабинету» относится?

Е.Н. - Саша работал на студии у Пастернака, где мы писали все альбомы «Ва-банка». Он очень профессиональный человек. Бутылка упала, он говорит: «Это нота ля, понятно?» (Смеется) Надо упомянуть еще одного человека, бессменного игравшего в «Ва-банке» первые 10 лет. Это басист Леша Никитин. К сожалению, его сейчас не найти в соцсетях, ему не позвонить по телефону. Человек сделал осознанный шаг и ушел из музыки. Леша, если ты меня слышишь, привет тебе!

32:36 «Секреты»
35:10 читать О том, как А.Ф.Скляр относился к проекту Егора и о группе «Кабинет»

- Егор, как сама группа «Ва-банк» относилась к тому, что у ее гитариста есть собственный проект? Для кого-то это нормально, а кто-то начинает ревновать к сольникам участников, у тебя как было?

Е. Н. – Ну, я думаю, Саша Скляр был не в восторге. Мягко скажем. Но Саша тогда уже, скажем так, ударился в Вертинского, а мне совершенно не близок Вертинский, никоим образом.

- Но до Вертинского у «Ва-банка» как раз были такие суровые вещи: движение «Учитесь плавать», «Цыганку» вы так жестко записали, с IFK вы рубанули.

Е.Н.  –  Ну да, но там же не было Вертинского. (Смеется) Это совсем другая история.

Д.А – Мне кажется, нельзя было смешивать идеологию, которую изначально декларировала группа «Ва-банк», и вот эти эксперименты. Когда Александр Феликсович, которого я очень уважаю,  устроил концерт в ЦДХ с новой программой, а на него пришли люди в косухах с черными знаменами, это сильно шокировало бабушек-билитерш.

- Давайте поговорим о другом проекте, в котором участвовал и участвует Егор – группе «Кабинет». Эта история началась же еще до «Ва-банка»?

Е.Н. – Это начало всех начал. У нас на историческом факультете была такая группа – «Ночной проспект». Леша Борисов. Я случайно попал на их концерт и был совершенно ошарашен. Я не представлял, что такая музыка существует, я тогда Deep Purple слушал. И я подошел к ним после концерта и спросил: «Вам гитарист не нужен?» Они говорят: «Не нужен».

- И тогда, раз им гитарист не нужен, мне нужна своя группа?

Е. Н – Ну как-то так. (Смеется) Играли мы тогда неважно, но отважно. Я познакомился с Илюшей Шестаковым, он тоже учился на нашем факультете, и мы с ним пели вдвоем. Мы играли регги и пели под одну гитару, типа Пятницы сейчас. Это был 81-й год. А потом мы познакомились с Пашей Арапенковым и Сашей Маликовым, и сделали  «Кабинет». Причем я познакомился с Сашей Маликовым  на концерте «Звуков Му». Вместе пили портвейн в туалете, и он мне говорит: «Да мы с тобой на одном факультете учимся». – «Да ты что?! А давай вместе бэнд сделаем?» - «А давай!» А тогда уже пошла волна. Уже была «Бригада С», с которой мы дружили, была группа «Доктор» и другие. И были концерты. А развалился «Кабинет», когда началось распределение после диплома. Нас распределили кого куда. Илюшу, например, распределили в Вильнюс. Я какое-то время просто болтался. И вот звонит мне Саша Маликов и спрашивает: Ты Саню Скляра знаешь? Он группу собирает, из МИДа ушел. – Как из МИДа ушел?! И я понял, что надо идти играть, раз человек из МИДа ушел. (Смеется) И началась группа «Ва-банк».

Д.А. – По мнению Паши Арапенкова - Паша привет! - «Кабинет» – первая группа в СССР, которая стала играть ска.

Е.Н. – Да, это так. Мы начали играть ска раньше «Странных Игр». Причем ориентировались не на Madness, а на Specials.

- «Кабинет» – распространенное название, наверное, миллион групп с таким названием. Вы были первые?

Е.Н. – Не знаю, мы тогда просто не знали, что есть другие. Про Свердловск мы не знали. Знали, что там есть «Урфин Джус» и «Трек», а про «Кабинет» не знали.

- Что сейчас с «Кабинетом»? Вы играете?

Е.Н. – Да, мы собрались снова, играем. Может не так часто, как хотелось бы, но играем. Дело в том, что у нас все живут в разных концах. Вокалист вообще в Берлине. Саша Белоносов был сильно занят с Сашей Скляром. Потом пандемия. Но мы все-таки записали альбом. Мы его очень долго писали.

- Песня «Десять негритят» с этого альбома?

Е.Н. - Нет, «Негритята» - это промежуточная запись. Это, собственно, песня немецкой группы Die Toten Hosen. Шикарная группа, кто не слышал, послушайте. Невероятная стадионная группа, меньше 50 тыс. не собирает.

Д.А. - Они в 2009 году выступали в Москве. Перед концертом мне удалось пообщаться с коллективом, и я передал вокалисту Кампино диск, на котором был записан этот трек. И когда на концерте он объявлял эту песню, он сказал: Сейчас прозвучит песня, на которую сделала кавер московская группа, и мне он понравился. Этот концерт есть в интернете, можно посмотреть.

41:01 «Десять Негритят»
44:55 читать О дальнейшей судьбе "Бомбометателей", о нехватке концертных площадок и о проекте с Джеффом

- Какая дальнейшая судьба проекта «Егор и Бомбометатели»? Он сейчас существует? Заморожен?

Д.А – Проект активно существовал до 2007 года, потом, в силу различных причин, в том числе из-за закрытия многих клубов, проект находился в полузамороженном состоянии, периодически мы играли какие-то концерты, примерно раз в полгода, что называется, по настроению. В последние несколько лет мы с Егором практиковали акустические выступления вдвоем.

- Какой репертуар? Песни с альбома «Мудрак»? Новые вещи? Кавера?

Д.А. – Несколько вещей с альбома Мудрак, ранние вещи «Ва-банка», которые принадлежат авторству Егора. Но в связи с большой загруженностью Егора в группе «Кабинет»,  с  тем, что я тоже пишу сольный альбом, с закрытием или отказом от концертов во время пандемии многих клубов , количество выступлений снизилось, конечно. К тому же многие клубы малого формата не очень приветствуют гитарную рок-музыку.

- Странно, а что же еще там играть?

Д. А. - Да в основном акустика приветствуется, авторская песня.

- Егор, кажется, у тебя в «Вермеле» был концерт? Клуб, который ну о-очень долго существует. Еще на Ракурсе, в 90-е я вел программу «Сейшн», которая анонсировала клубные концерты, и тогда «Вермель» уже был.

Е.Н – Да, мы выступали с «Вермеле» с «Кабинетом».

Д.А. – Когда еще был жив дядя Вова Родзянко, мы каждый год отмечали в «Вермеле» его день рождения большим концертом Егора и Бомбометателей. В ранние годы играли полноценное электричество, а в последние годы - более камерно, акустику, вдвоем с Егором.

- Егор, я видел, ты выступал с Ольгой Панюшкиной?

Е.Н. – Да, где-то год мы с ней выступали. Ольга – совершенно замечательный человек, профессионал.

- А еще у тебя были совместные проекты, как сегодня модно говорить, коллаборации?

Е.Н. – Да как-то уже насытился я всем этим.

Д.А. – Я напомню. У Егора в начале 2000-х был совместный проект с Джефом из группы «Краденое Солнце».

Е.Н. – А-а, да, это была очень интересная история. Мы решили сделать совместный проект с Джефом. Но ситуация была такая, что ритм-секция у нас жила в Киеве, Джеф – в Питере, а мы с Белоносовым - в Москве. И мы репетировали, где придется - иногда в Питере, иногда в Киеве, иногда в Москве. Директора у нас тоже не было. Во всем этом присутствовал элемент анархии, конечно. Но было весело. Женька, привет!

- «Краденое Солнце» тоже играло в эфире радио «Ракурс».

Е.Н. – Кстати, пару недель назад Женька постучался ко мне в друзья в одной из соцсетей, мы с ним задружились и снова возобновили общение.

49:43 «Миллион»
52:18 читать О том, какую музыку слушают Егор и Дмитрий и новых планах музыкантов

- Вот мы послушали «Миллион», мне кажется, это совершенно замечательная композиция. Она у меня в голове периодически всплывает по самым разным поводам. Егор, Дима, а какую музыку вы сейчас слушаете?

Е.Н. – Led Zeppelin. Мне почему-то больше всего нравится именно первый альбом. Его же сводил непосредственно Пейдж. Может, поэтому. Он лучше всех звучит.

Д.А. – У меня постоянно в кармане плейер лежит, в котором 128 Гб, и их все равно не хватает на ту музыку, которую я вливаю в него и себе в уши. Сегодня с утра, например, послушал совершенно потрясающий коллектив, который недавно для себя открыл, Royal Republic. Ребята вчетвером играют такой английский рок, но с точки зрения подачи – это полная чума. А еще я с утра послушал новый сингл немецкой группы Die Arzte, это уже классики, коллективу, наверное, уже 35 лет. И вот их новый альбом я жду буквально со дня на день.

- Егор, ну про Led Zeppelig понятно, это вечное. Я сам периодически возвращаюсь к ним и каждый раз открываю что-то новое. А из того, что сейчас происходит, что сейчас записывается и исполняется, ты что-то слушаешь?

Е.Н. - Ну, специально за тем, что происходит сейчас, я не слежу. Просто слушаю то, на что наткнусь, что мне нравится.

- Спасибо, Егор, спасибо, Дима, было необычайно приятно поговорить. Надеюсь, что несмотря на то, что клубы нынче не те, что пандемия, вы соберетесь снова и что-нибудь сбацаете.

Д.А. – Обязательно. Да вот как раз за 20 минут до эфира мы позвонили барабанщику. Так что все еще будет!

- Творческих успехов вам, ребята!

55:45 «Егор-Бомбометатель»
Скачать выпуск

Обсуждение

E-mail не публикуется и нужен только для оповещения о новых комментариях
Другие выпуски подкаста:
"Старый Приятель"
"Краденое Солнце" ("КС")
JazzLobster
"Никола Зимний"
"Сплин"
Haymaker
"Оберманекен"
Crazy Men Crazy
Уния Greenkiss (Белобров-Попов)
"Белые Крылья" (Харьков)
Сергей Калугин
"Союз Коммерческого Авангарда" (С.К.А.)
"Над Всей Испанией Безоблачное Небо"
"Рада и Терновник"
Дмитрий Легут
"Вежливый Отказ"
Денис Мажуков и Off Beat
"Игрушка из Египта"
"Разные Люди"
"Крама" (Минск)
"ARTель" (пре-"Оргия Праведников")
"Каспар Хаузер"
Слушайте подкаст "Живьем. Четверть века спустя"
Стенограмма выпуска

Всем привет! У микрофона Сергей Рымов. Мы начинаем цикл подкастов, посвященных  живым концертам на радиостанции Ракурс.

Сотни прекрасных музыкантов за время существования радиостанции «Ракурс» прошли через ее студию, и это было  здорово, было много драйва, много энергии, много хорошей музыки.

Сегодня первый выпуск подкаста,  группа «Егор и Бомбометатели», у нас в гостях Егор Никонов и Дмитрий Аленин. Привет, ребята. Мы сразу начинаем с музыки, чтобы без разговоров создать ту атмосферу, которая должна быть в нашем подкасте.

- Егор, во времена этого концерта на радио «Ракурс», в феврале 1996 года, ты в первую очередь был известен как гитарист «Ва-банка». Что тебя заставило взяться за сольный проект?

Е. Н. - Прежде всего, на сольный проект  меня сподвигло творчество моего друга и однокурсника по филологическому факультету МГУ Олега Мудрака. Сейчас он профессор и доктор наук, а тогда был студентом, играл на гитаре и писал песни с отличными текстами, и мне их исполнял, но больше никто их не слышал. И я подумал – ну, так нельзя. Как говорит Мамонов: «Ну что все себе, себе? Надо же людям»! И я решил сделать проект и записать песни Олега. Поскольку они исполнялись под акустическую гитару, мне это было не совсем интересно, хотелось более сложных форм: две гитары, бас, барабаны, больше драйва. И вот я решил сделать этот альбом, который так и назывался: «Мудрак». Тексты все были Олега, а музыку пришлось додумывать.

- Кто еще участвовал в проекте? И кто еще был в студии, когда записывался этот концерт на радио Ракурс?

- Еще участвовал в проекте Юра Селюков, совершенно замечательный человек. В то время он торговал автомобилями BMW.

- Но он же еще был менеджером группы «Ва-банк»?

Е. Н. - Сначала он торговал машинами BMW, потом ему это надоело. К тому же это было стремно, это же 95-й год. Был случай, Александр Скляр шел на радио Ракурс, в 100 метрах от него остановился черный BMW, оттуда вышел человек и расстрелял другой, такой же черный, BMW. Средь бела дня! Вот это были 90-е годы. А Юра торговал этими машинами. Ну так вот. Идея альбома  была моя, а осуществление его. Он купил систему, чтобы записывать многоканально на кассету, A-DAT, по-моему, это называлось. И мы начали писать альбом прямо дома у него. Гитару и бас-гитару я записал у него дома, а потом мы пошли на студию «Веселые ребята» и наложили там барабаны. Все наоборот. Так никто не делал. И потом я наложил вокал. Ну, вот такой бред, так мы записали альбом. А Юра еще играл на клавишах. К тому же он стал менеджером проекта. Сказал: мы будем выпускаться сами - сами поедем в Австрию, сами напечатаем компакты и сами увезем. Что  и было сделано, в 95-м году мы вывезли на машине из Австрии 2000 компактов!

- Юра же тогда на басу играл? В студии не было клавиш. И кто был еще?

Е.Н. - Нет, на басу играл я. Юра стал играть на басу позже, когда пошла такая пьянка, когда уже надо было живьем играть. А третьим был Майк Полещук из группы «Наив», замечательный барабанщик, который, к сожалению, очень рано ушел, в 26 лет. Он, кстати, как раз накладывал барабаны на мою гитару на записи альбома «Мудрак».

- Егор, вот сейчас мы слушаем живой концерт на радио «Ракурс». Как это звучит сегодня?

Е.Н. – Очень прилично, кстати, звучит.  Хотя это 96-й год, но звук отличный. А потому что кто рулил? А рулил дедушка Роберт, звукорежиссер группы «Ва-банк».

Дедушка Роберт не только звукорежиссер группы «Ва-банк», но и один из любимых ведущих  радио «Ракурс», а до этого радио SNC. Не секрет, что у радио «Ракурс», «Ва-банка», «Егора и Бомбометателей» особые отношения.  И то, что сегодня Егор и Дима у нас в гостях – это не случайно. Дим, ты же пришел в коллектив немного позже?

Д.А. – Да, я попал в группу Егора позже, в 2001 году, по интересному стечению обстоятельств. Однажды звонит Егор (мы к тому моменту уже были давно знакомы, лет 7 или 8, но вместе не играли), и спрашивает: «Димон, у тебя дома инструмент есть? А знакомый барабанщик?  У меня завтра концерт, а мои музыканты не могут.  Можете подъехать завтра на базу и отрепетировать программу?» Я, конечно, удивился: «Завтра?!» – «Да, завтра концерт». Ну, в общем, бас  у меня был, барабанщик знакомый – тоже. Мы с Сергеем Метелем приехали утром на базу и за 8 часов отрепетировали программу, и в этот же вечер уже играли концерт, а потом и еще шесть, которые уже были запланированы до звонка Егора.

- Егор, а правда, что ребята разучивали партии по этой записи концерта на «Ракурсе»?

Е.Н. - Да, я дал кассету (тогда интернета не было, ничего не было, все из рук в руки) на одной стороне которой была студийная запись, а на другой – вот этот концерт. Самое интересное, что перед первым концертом, чтобы погасить волнение, мы просто играли в карты.

Д. А. – Я считаю, что этот первый концерт,  сточки зрения эмоционального драйва, был самым успешным.

- Егор, насколько много концертов было у «Егора и Бомбометателей»? Насколько плотным был концертный график?

Е. Н. – Немного, никто этим особо не занимался. Было много концертов у «Ва-банка», и в основном я играл в «Ва-банке», плюс работал по специальности, по профессии я переводчик с немецкого и датского, времени на свою группу особо не было. Но клубов было много, не то, что сейчас, легко можно было забить концерт, и, пожалуйста, играй.

Д.А. – Есть интересная история того времени. Тогда поступило предложение от немецких партнеров Егора сыграть концерт "Бомбометателей" в Германии. И Егор полетел туда с другим барабанщиком, Андреем Белизовым.

Е. Н. – Тогда приходит ко мне Миша Полищук, я ему говорю: «Миш, я зарядил концерт в Германии, мы играем на фестивале, давай свой заграничный паспорт». Он мне дает загранпаспорт, выданный в МВД Чечни, и я вижу, что это липа просто. Блин, и что делать? Концерт уже вот. Тогда я звоню Андрею Белизову, а он постоянно в Германию мотался, и говорю: «Андрюх, у меня концерт слетает». И он говорит: «Да не вопрос, поехали!» И он тоже учил (это карма!), свои партии в самолете по концерту на радио «Ракурс»!

- По поводу песни «Самый-самый» - это какая-то непростая версия, в отличие от альбомной?

Д.А. – Это не непростая версия, а просто более правильная, чем в альбоме. В альбоме Миша Полещук, светлая ему память, накладывал барабаны поверх егоровых гитар, и есть там момент, когда он вступил перед соло, скажем так, неровно, а на концерте «Ракурса» сыграл точно так, как надо.

- Егор, скажи, вот этот твой альбом и весь проект «Егор и Бомбометатели» – это панк-рок или это что-то другое?

Е. Н – Да, это, наверное, все-таки панк-рок. Панк же это был журнал. Был журнал, назывался Punk. И все кто был не похож на других, тоже были панк. Я к панку отношусь с точки зрения, как он был придуман в Америке: да это вот такой журнал, люди развлекаются таким вот образом. Но это достаточно интеллигентные люди, не просто такие вот гады, которые любят жрать отбросы, в панке есть своя философия, протест определенный. Я не считаю, что панки – это просто какие-то жлобы. Это такая своеобразная молодежная протестная активность.

- А «Ва-банк» – это панк?

Е.Н – Нет, «Ва-банк» – не панк, «Ва-банк» – это ритм-энд-блюз.

- А все считали, что «Ва-банк» - это панк.

Е. Н. - Ну нет, какой же это панк? Тут как считать… Вот Clash – это панк?

- Clash всегда считался классикой панк-рока.

Е. Н. – Кто-то считает, что это панк, а я так не считаю. Это такая городская песня, жесткая. А Ramones – это панк? (Смеется) Вопрос… Sex Pistols – вот это панк!

- А кто еще панк, кроме Sex Pistols и «Егора и Бомбометателей»?

Е. Н. - Хороший вопрос… (смеется) Никто (смеется)

- Вот у тебя университетское образование. Скажи, вот как люди с университетским образованием могут быть панками?

Е.Н – Понимаете, мы не хотим писать лирику, когда вокруг такой ужас. Как должен был говорить персонаж «Кавказской пленницы»: Самое главное в нашем деле – это социалистический реализм. К сожалению, вырезали эту фразу из фильма. Вот социалистический реализм – это и есть панк. Вот Clash – вполне социалистический  проект, они ж коммуной жили, не с буржуями же им дружить.

- Дим, когда ты впервые услышал Егора с «Бомбометателями», ты подумал: «Круто панк рубят ребята?» Или как?

Д. А.  - Это было абсолютно необычно. Это был такой, скажем, панк-энд-ролл с чумовыми философскими текстами, которые были понятны не многим. Все непонятное, наверное, можно подвести под аббревиатуру «панк». Но я не вешал какое-то клише, просто понимал, что это - круто.

- Егор, вот Дима говорит, что тексты Мудрака непонятные. Для меня они где-то понятны, а где-то нет.  В свое время ты говорил, что тексты другого твоего проекта – «Кабинет»  – идиотические. Не идиотские,  а идиотические, и это разные вещи. Ты делал их такими осмысленно?

Е.Н. - Да, это было сделано специально, я специально писал их такими.

- Когда ты захотел делать альбом «Мудрак», ты взял песни, спетые просто под акустическую гитару,  в первую очередь  тебя зацепил текст? Насколько важен текст?

Е. Н. – Да, текст  - это важно. Было бы идеально, чтобы и в этом проекте, и вообще слушали и музыку и текст. С другой стороны, когда много хорошей музыки и много хорошего текста, люди устают. Странно, но это действительно так. Потому что как? Когда, скажем, заводная драйвовая музыка  - она зовет тебя танцевать, и тебе уже не до текста. Чтобы слушать текст, ты должен сидеть и слушать, сосредотачиваться. Поэтому ты должен текст знать, вот ты послушал текст, ты его знаешь, и уже идешь рубиться на площадку.

- Я считаю, что все песни этого альбома – хиты. Сейчас поставлю песню «Мышь», которую теперь уже мои дети знают и вспоминают по всяким понятным и непонятным поводам. 

Егор, ты видел в интернете мультфильм под эту песню? Имеешь какое-то отношение к этому видео?

Е. Н. – Видел, классная вещь, но я не знаю, кто это сделал.

Д.А. – Мои дети, когда были маленькие, называли этот мультфильм «Тохтамышь».

- Егор, Олег Мудрак слышал этот твой альбом?

Е. Н. – Слышал, ему понравилось. Мы даже хотели делать второй альбом. Как он говорил: более угрюмый. Я  хотел, чтобы музыка исполнялась втроем. Здесь я писал гитары и бас один, а хотел классический рок-состав.

- В альбоме же еще звучит гитара Михаила Кассирова?

Е.Н. – Да, совершенно удивительный человек Михаил Леонидович Кассиров, мы не учились вместе в университете (что даже странно), но мы большие друзья и играли одно время вместе в группе Ва-банк, и это был очень интересный период. Он очень интересный музыкант, такой музыкант-технократ, совершенно потрясающий инструменталист.  Невероятный человек, который при этом считает, что он играет плохо.

Д.А. – Я сейчас работаю в музыкальном магазине и недавно Михаил Леонидович меня посетил. Прошелся по магазину, как по музею, посмотрел инструменты, но когда увидел инструмент, который его заинтересовал, восьмиструнную электрогитару, взял ее в руки и сказал: Вот на ней я смогу сыграть классические произведения. Привет тебе, Михаил Леонидович!

Е. Н. – Те, гитары, которые он записал на альбом «Мудрак», выглядело это так. Приехал он: «Ну что, показывай, какая у тебя тут песня хорошая?» – «Да вот эта вроде ничего». – «Ну, давай». Так и записали. (Смеется)

Д. А. – Раз уж мы начали вспоминать дядек, я хочу отметить еще двух людей, имеющих непосредственное отношение к этому альбому: это Илья Китуп, который полностью нарисовал дизайн обложки, вокалист группы «Кабинет», в которой мы сейчас играем. Илья, привет! И второй человек, который не принимал участия в записи, но был душой проекта, всегда был рядом и всегда нас поддерживал – это дядя Вова Родзянко, светлая ему память. Он всегда помогал советом, добрым словом.

Е. Н.  – Немного о том, как выпускался этот альбом. Это просто фантастика. Альбом  был отправлен  на Sony DADC в Австрию. Почему в Австрию? Потому что в России было дороже. Мы приехали в Австрию на этот завод, нам там сказали: Что-то быстро вы приехали, поживите недельку, и мы вам напечатаем. И диск был издан в Австрии! Представляете что это такое в 90-е? Уровень! Родной-не родной, все вот это вот.

- Да, помню,  берешь диск и первым делом смотришь – есть лейбак завода или нет. И если лейбак есть – то это совсем другое дело!

Д. А. – Но самое интересное – тираж разошелся в ноль! И насколько я помню, у Егора даже личного экземпляра не осталось.

- Лет 10 назад, когда компакт-диски умирали, и в супермаркетах просто скопом распродавали остатки, я один такой диск на развале откопал. Просто спас. И он у меня есть.

Е. Н. – Правильно сделал!

- Мы уже поговорили о Михаиле Кассирове, о Андрее Белизове, у меня создается впечатление, что в конце 80-х, начале 90-х группа «Ва-банк» и группа «Кабинет» - это одна большая семья. Это так?

Е. Н. – Да, мы до сих пор все вместе тусуемся. У нас даже есть такой хэштег в соцсетях - #vabankfamily. Соответственно, под этот хэштег попадают все дядьки, которые были причастны к группе «Ва-банк». Например, Алик Исмагилов.

- Алик участвовал в  «Бомбометателях»?

Д. А. –Да. Как раз на смену Андрею Белизову и Алику Исмагилову пришел я и Чуб из группы «Смех».

- Еще, наверное, Саша Белоносов? Или это больше к «Кабинету» относится?

Е.Н. - Саша работал на студии у Пастернака, где мы писали все альбомы «Ва-банка». Он очень профессиональный человек. Бутылка упала, он говорит: «Это нота ля, понятно?» (Смеется) Надо упомянуть еще одного человека, бессменного игравшего в «Ва-банке» первые 10 лет. Это басист Леша Никитин. К сожалению, его сейчас не найти в соцсетях, ему не позвонить по телефону. Человек сделал осознанный шаг и ушел из музыки. Леша, если ты меня слышишь, привет тебе!

- Егор, как сама группа «Ва-банк» относилась к тому, что у ее гитариста есть собственный проект? Для кого-то это нормально, а кто-то начинает ревновать к сольникам участников, у тебя как было?

Е. Н. – Ну, я думаю, Саша Скляр был не в восторге. Мягко скажем. Но Саша тогда уже, скажем так, ударился в Вертинского, а мне совершенно не близок Вертинский, никоим образом.

- Но до Вертинского у «Ва-банка» как раз были такие суровые вещи: движение «Учитесь плавать», «Цыганку» вы так жестко записали, с IFK вы рубанули.

Е.Н.  –  Ну да, но там же не было Вертинского. (Смеется) Это совсем другая история.

Д.А – Мне кажется, нельзя было смешивать идеологию, которую изначально декларировала группа «Ва-банк», и вот эти эксперименты. Когда Александр Феликсович, которого я очень уважаю,  устроил концерт в ЦДХ с новой программой, а на него пришли люди в косухах с черными знаменами, это сильно шокировало бабушек-билитерш.

- Давайте поговорим о другом проекте, в котором участвовал и участвует Егор – группе «Кабинет». Эта история началась же еще до «Ва-банка»?

Е.Н. – Это начало всех начал. У нас на историческом факультете была такая группа – «Ночной проспект». Леша Борисов. Я случайно попал на их концерт и был совершенно ошарашен. Я не представлял, что такая музыка существует, я тогда Deep Purple слушал. И я подошел к ним после концерта и спросил: «Вам гитарист не нужен?» Они говорят: «Не нужен».

- И тогда, раз им гитарист не нужен, мне нужна своя группа?

Е. Н – Ну как-то так. (Смеется) Играли мы тогда неважно, но отважно. Я познакомился с Илюшей Шестаковым, он тоже учился на нашем факультете, и мы с ним пели вдвоем. Мы играли регги и пели под одну гитару, типа Пятницы сейчас. Это был 81-й год. А потом мы познакомились с Пашей Арапенковым и Сашей Маликовым, и сделали  «Кабинет». Причем я познакомился с Сашей Маликовым  на концерте «Звуков Му». Вместе пили портвейн в туалете, и он мне говорит: «Да мы с тобой на одном факультете учимся». – «Да ты что?! А давай вместе бэнд сделаем?» - «А давай!» А тогда уже пошла волна. Уже была «Бригада С», с которой мы дружили, была группа «Доктор» и другие. И были концерты. А развалился «Кабинет», когда началось распределение после диплома. Нас распределили кого куда. Илюшу, например, распределили в Вильнюс. Я какое-то время просто болтался. И вот звонит мне Саша Маликов и спрашивает: Ты Саню Скляра знаешь? Он группу собирает, из МИДа ушел. – Как из МИДа ушел?! И я понял, что надо идти играть, раз человек из МИДа ушел. (Смеется) И началась группа «Ва-банк».

Д.А. – По мнению Паши Арапенкова - Паша привет! - «Кабинет» – первая группа в СССР, которая стала играть ска.

Е.Н. – Да, это так. Мы начали играть ска раньше «Странных Игр». Причем ориентировались не на Madness, а на Specials.

- «Кабинет» – распространенное название, наверное, миллион групп с таким названием. Вы были первые?

Е.Н. – Не знаю, мы тогда просто не знали, что есть другие. Про Свердловск мы не знали. Знали, что там есть «Урфин Джус» и «Трек», а про «Кабинет» не знали.

- Что сейчас с «Кабинетом»? Вы играете?

Е.Н. – Да, мы собрались снова, играем. Может не так часто, как хотелось бы, но играем. Дело в том, что у нас все живут в разных концах. Вокалист вообще в Берлине. Саша Белоносов был сильно занят с Сашей Скляром. Потом пандемия. Но мы все-таки записали альбом. Мы его очень долго писали.

- Песня «Десять негритят» с этого альбома?

Е.Н. - Нет, «Негритята» - это промежуточная запись. Это, собственно, песня немецкой группы Die Toten Hosen. Шикарная группа, кто не слышал, послушайте. Невероятная стадионная группа, меньше 50 тыс. не собирает.

Д.А. - Они в 2009 году выступали в Москве. Перед концертом мне удалось пообщаться с коллективом, и я передал вокалисту Кампино диск, на котором был записан этот трек. И когда на концерте он объявлял эту песню, он сказал: Сейчас прозвучит песня, на которую сделала кавер московская группа, и мне он понравился. Этот концерт есть в интернете, можно посмотреть.

- Какая дальнейшая судьба проекта «Егор и Бомбометатели»? Он сейчас существует? Заморожен?

Д.А – Проект активно существовал до 2007 года, потом, в силу различных причин, в том числе из-за закрытия многих клубов, проект находился в полузамороженном состоянии, периодически мы играли какие-то концерты, примерно раз в полгода, что называется, по настроению. В последние несколько лет мы с Егором практиковали акустические выступления вдвоем.

- Какой репертуар? Песни с альбома «Мудрак»? Новые вещи? Кавера?

Д.А. – Несколько вещей с альбома Мудрак, ранние вещи «Ва-банка», которые принадлежат авторству Егора. Но в связи с большой загруженностью Егора в группе «Кабинет»,  с  тем, что я тоже пишу сольный альбом, с закрытием или отказом от концертов во время пандемии многих клубов , количество выступлений снизилось, конечно. К тому же многие клубы малого формата не очень приветствуют гитарную рок-музыку.

- Странно, а что же еще там играть?

Д. А. - Да в основном акустика приветствуется, авторская песня.

- Егор, кажется, у тебя в «Вермеле» был концерт? Клуб, который ну о-очень долго существует. Еще на Ракурсе, в 90-е я вел программу «Сейшн», которая анонсировала клубные концерты, и тогда «Вермель» уже был.

Е.Н – Да, мы выступали с «Вермеле» с «Кабинетом».

Д.А. – Когда еще был жив дядя Вова Родзянко, мы каждый год отмечали в «Вермеле» его день рождения большим концертом Егора и Бомбометателей. В ранние годы играли полноценное электричество, а в последние годы - более камерно, акустику, вдвоем с Егором.

- Егор, я видел, ты выступал с Ольгой Панюшкиной?

Е.Н. – Да, где-то год мы с ней выступали. Ольга – совершенно замечательный человек, профессионал.

- А еще у тебя были совместные проекты, как сегодня модно говорить, коллаборации?

Е.Н. – Да как-то уже насытился я всем этим.

Д.А. – Я напомню. У Егора в начале 2000-х был совместный проект с Джефом из группы «Краденое Солнце».

Е.Н. – А-а, да, это была очень интересная история. Мы решили сделать совместный проект с Джефом. Но ситуация была такая, что ритм-секция у нас жила в Киеве, Джеф – в Питере, а мы с Белоносовым - в Москве. И мы репетировали, где придется - иногда в Питере, иногда в Киеве, иногда в Москве. Директора у нас тоже не было. Во всем этом присутствовал элемент анархии, конечно. Но было весело. Женька, привет!

- «Краденое Солнце» тоже играло в эфире радио «Ракурс».

Е.Н. – Кстати, пару недель назад Женька постучался ко мне в друзья в одной из соцсетей, мы с ним задружились и снова возобновили общение.

- Вот мы послушали «Миллион», мне кажется, это совершенно замечательная композиция. Она у меня в голове периодически всплывает по самым разным поводам. Егор, Дима, а какую музыку вы сейчас слушаете?

Е.Н. – Led Zeppelin. Мне почему-то больше всего нравится именно первый альбом. Его же сводил непосредственно Пейдж. Может, поэтому. Он лучше всех звучит.

Д.А. – У меня постоянно в кармане плейер лежит, в котором 128 Гб, и их все равно не хватает на ту музыку, которую я вливаю в него и себе в уши. Сегодня с утра, например, послушал совершенно потрясающий коллектив, который недавно для себя открыл, Royal Republic. Ребята вчетвером играют такой английский рок, но с точки зрения подачи – это полная чума. А еще я с утра послушал новый сингл немецкой группы Die Arzte, это уже классики, коллективу, наверное, уже 35 лет. И вот их новый альбом я жду буквально со дня на день.

- Егор, ну про Led Zeppelig понятно, это вечное. Я сам периодически возвращаюсь к ним и каждый раз открываю что-то новое. А из того, что сейчас происходит, что сейчас записывается и исполняется, ты что-то слушаешь?

Е.Н. - Ну, специально за тем, что происходит сейчас, я не слежу. Просто слушаю то, на что наткнусь, что мне нравится.

- Спасибо, Егор, спасибо, Дима, было необычайно приятно поговорить. Надеюсь, что несмотря на то, что клубы нынче не те, что пандемия, вы соберетесь снова и что-нибудь сбацаете.

Д.А. – Обязательно. Да вот как раз за 20 минут до эфира мы позвонили барабанщику. Так что все еще будет!

- Творческих успехов вам, ребята!