Рок подкасты
Подкаст: Живьём. Четверть века спустя

Выпуск #27 "Легион"

6 июля 2021 г.
Одна из старейших в России тяжелых команд впервые собралась уже больше 40 лет назад. «Легион» был среди тех групп, которые в 80-е на волне интереса к хеви-металлу обрели популярность и исколесили всю страну с гастролями. Однако затем музыкальная мода сменилась, и в 90-е оставшимся в строю металлистам, по сути, все пришлось начинать сначала. В 1997 году «Легион» подготовил новую, экспериментальную программу «Дай мне имя», где соединил воедино элементы хеви, прогрессива, фанка и других стилей. Эти песни прозвучали в концерте на радио «Ракурс», который слушают и обсуждают Алексей Булгаков, бессменный вокалист «Легиона», и басист Станислав Козлов.
00:00:00
00:00:00
00:18 Приветствие читать

Эта музыка звучала в живых концертах радио «Ракурс», а сегодня ее создатели беседуют о прошлом и настоящем в подкасте «Живьем. Четверть века спустя» - проекте Сергея Рымова и Вячеслава Гришина.

- Всех приветствую! У микрофона Сергей Рымов, подкаст «Живьем. Четверть века спустя», очередной выпуск. И сегодня мы, наконец-то, к моему глубочайшему удовлетворению, добираемся до тяжелого крыла музыки 90-х годов. Группа «Легион» играла у нас в 97-м году, в студии радио «Ракурс» «За двойными стеклами». И сегодня, в 2021 году, у нас в гостях Алексей Булгаков и Станислав Козлов, музыканты группы «Легион». Привет, ребята! Рад вас видеть!

А.Б., С.Т. – Привет! Здравствуйте!

- Ну, что же, сегодня слушаем концерт, сейчас я вам точно скажу – это был февраль, 9-е число, вы играли программу из нового на тот момент альбома или может даже еще не альбома, но новой программы - «Дай мне имя». Помните что-нибудь? По-честному говорите. (улыбается)

А.Б. – Ничего не помним, по-честному говорим. (смеется)

- Кстати, многие не помнят, но когда слышат себя, начинают вспоминать, и такое вспоминается, что даже сами музыканты не ожидали. Поехали – «Дай мне имя», «Легион».

01:22 «Дай Мне Имя»
05:24 О создании «Легиона», первых концертах, участии в Рок-Лаборатории и работе в центре Стаса Намина; читать

- Группа «Легион», мы слушаем выступление команды в живом эфире радиостанции «Ракурс», это 1997 год, февраль. Алексей и Стас у нас в студии. Леш, как впечатления?

А.Б. – Ну, пока положительные. Неплохо мы так заколбасили. (смеется)

- Нормально, да. Как тебе, Стас?

С.К. - Да, я тут даже коду вспомнил, настоящую, как мы ее играли, не с пластинки.

- Поменялось что-то?

С.К. – Ну да, кода немножко другая.

- Группа «Легион» - тяжелая музыка. Хэви-метал все-таки, или как?

А.Б. – Ну, там хэви-метал с прогрессив, с арт-роком - такой альбом «Дай мне имя». Там еще влияние других стилей ощущается.

- Ну, мы про стили еще поговорим, у вас там все интересно, вы в этом смысле ребята небанальные. Когда впервые собрались, Леш?

А.Б. – До меня группа «Легион» существовала, по-моему, два года, с 79-го. Я пришел туда в 81-м году. До этого они играли кавера какие-то, на «Машину времени», на «Воскресение». «Битлз» пробовали играть. Но когда я пришел, мы решили уже по-взрослому - хард-рок. (смеется)

- Откуда любовь к хард-року?

А.Б. – Моя любовь началась с 14-ти лет. Я помню, услышал диск «Дип Перпл» концертный, Made in Europe, и что-то зафанател. Но я не могу сказать, что сразу начал тяжелый рок слушать, это постепенно происходило. Потом был «Блэк Сэббат», 74-й, 75-й, 76-й, «Рэйнбоу» Блэкмора параллельно был, и так как-то закрутилось.

- Стас, ты ветеран нынешнего состава. На этом концерте твой бас звучит, то есть, четверть века, в общем-то, уже есть. Но ты в группе не самого начала. Когда в группу пришел?

С.К. – В 92-м году. У них был небольшой провальчик, ну, в плане творчества. Там был еще Дима Хавин, по-моему.

А.Б. – Хавин, да.

С.К. – Да, Дима Хавин был и Большой. Забыл…

А.Б. – Серега Воробьев, кличка Большой. Такой качок был, за барабанами.

С.К. – Да, он спортсмен. Спортсмен.

- До «Легиона» где-то поиграл же, да?

С.К. – Ну да, была такая группа - «Турнир», тоже тяжелая была музыка, а потом поменяли на более такое, к тяжелому рок-н-роллу ближе. Группа не особо известная, ну, то есть, мы играли в ЦДТ, на каких-то там фестивалях.

- Ну, и с 92-го года, соответственно, в «Легионе».  Леш, когда первые концерты пошли? Вот такие уже, серьезные, в том стиле, который, ну, более-менее привычен сейчас слушателю «Легиона»?

А.Б. – Концерты потихонечку начались с 85-го года, с весны, как я помню. Но за весь 85-й год у нас концерта три, наверное, крупных было, и все, больше ничего. А когда наступил 86-й год, там уже по нарастающей все шло.

- А там как-то и Рок-лаборатория подоспела?

А.Б. – Да-да-да, и благодаря им, они стали устраивать концерты. При этом разрешали другие концерты, если мы что-то самостоятельно делали, они это приветствовали. И если нас куда-то приглашали, в другую тусовку, они этому не препятствовали, приветствовали.

- А правда, что «Легион» был вообще первой группой Рок-лаборатории?

А.Б. – Да, правда. Мы из тяжелых групп в 86-м году, в январе, первые сдали программу туда. Мы стали как бы официальной группой. То есть, у нас был паспорт, у нас была утверждена программа. Раньше-то все подпольно играли.

- Смысл Рок-лаборатории был, в первую очередь, именно в том, чтобы играть официально, вообще иметь эту возможность?

А.Б. – Легально, да. Легально и совершенно спокойно.

- Гонорары какие-то платили за концерты или это все было совсем самодеятельно?

А.Б. – Там как-то с билетов давали нам какой-то процент. Вот как раз вот это не совсем официально, (смеется) платили эти деньги. Но поскольку мы ДКшным клубам приносили сборы, то они с нами делились этими сборами.

- Но теперь уже можно об этом говорить. Уже можно. (смеется)

А.Б. – Уже можно. (смеется)

С.К. – Срок давности вышел уже.

- И Стас Намин, сотрудничество было с его центром?

А.Б. – В 88-м году, в мае, мы поступили в центр Стаса Намина. Он базировался в Зеленом театре, и там же проводились фестивали, на открытой площадке. Все лето, насколько я знаю. И ездили на гастроли мы от его центра. Там много рокеров, там почти все рокеры были. И «Парк Горького», кстати, был тоже.

- Но вот да, центр Стаса Намина – это какая-то более тяжелая история, потому что в Рок-лаборатории, по-моему, тяжелая музыка не очень пошла.

А.Б. – Да, там больше по панку прикалывались, я согласен с тобой. «Ногу свело», «Тупые», если я не ошибаюсь. И потом там была Ольга Опрятная, она больше занималась панком.

- Ну, я помню, что в 80-х годах у вас был «Листопад», такой суперхит, всем известный?

А.Б. – Да, узнаваемый. Ну, он и сейчас, в общем-то, очень неплохо (смеется) идет.

- Исполняете?

А.Б. – Да, в конце исполняем его.

- Но на том концерте, который мы сейчас слушаем, была только свежая программа. Еще одна вещь, называется «Полет орла».

10:01 "Полет Орла"
13:52 О причинах популярности тяжелой музыки, о других металлических командах и попытках прорваться на Запад читать

- Группа «Легион» у нас в гостях. Подкаст «Живьем. Четверть века спустя» выходит каждую неделю, так что подписывайтесь, очень много интересного. Звуки 90-х годов, группа «Легион», Алексей и Стас у нас в гостях. Вы уже сказали, ребят, что много поездили в свое время, еще в советское. А как принимали в провинции московскую группу, потому что тогда же не было так поставлено дело, чтобы все знали, какие группы существуют, по сути, на слуху было две-три?

А.Б. – Ну, принимали хорошо, потому что это совпало с моментом перестройки горбачевской, людям захотелось глотка свободы и, в принципе, они любую музыку такую, экспрессивную, принимали на ура. Тяжелый рок - она сама по себе такая, заводная музыка, и где бы мы ни были, народ, в общем-то, на ушах стоял. Завести их было нетрудно, но это скорее вот от этой тенденции, о которой я говорил - скорее людям хотелось выплеснуть адреналин. Хотя, конечно, находились и поклонники нашей группы, которые слушали на магнитофонных катушках – тогда через магнитофонные бобины записи распространялись, через киоски звукозаписи…

- А у вас же были в 80-е какие-то магнитоальбомы?

А.Б. – «Апокалипсис», да, был такой альбом. Он сейчас на Ютубе в нашей группе выложен, раритет такой считается. Тот, кто слышал, тот приходил на концерты потом.

- Вообще вот про 80-е и про хэви, про металлическую музыку: какая причина, что настолько это было популярно?

А.Б. – Это во всем мире было популярно. И началось все с Англии, старой доброй Англии, продолжилось в Европе, позже в Америке, ну, и СССР это тоже коснулось. Все-таки я считаю, что 80-е - они более эмоциональные были. Мы же жили в СССР за железным занавесом, и информации поступало мало, и когда вдруг этот железный занавес вдруг неожиданно рухнул, стало все это доступно, и многие группы, и металлические группы, они занимались заимствованиями, много заимствований было…

- Это мы знаем. (смеется)

А.Б. – Это как бы считалось нормально, потому что у нас были кумиры, которые потом, после обрушения занавеса стали гораздо ближе. И все мы хотели на них походить, и что-то, конечно,  у них брали, не стесняясь и не взирая на лица. (смеется)

- А вы брали, скажи честно, Леш? (улыбается)

А.Б. – Да, брали, признаюсь, грешны. (смеется) Есть некоторые моменты и песни, которые похожи.

- А какое-то вообще было металлическое движение единое, когда вот братство «металла», группы, которые играют все друг за друга?

А.Б. – Ну, мы вот корешились с ребятами, была такая группа «99%». С Андреем Суздальцевым большие друзья были, с их вторым вокалистом, Михаилом Скуцким. Частенько мы собирались вместе, брали винцо сухое, пели песни друг другу под гитару. Если что из нового материала было, то делились этим. Да, общались. И была группа «Мартин», Паша Молчанов был вокалист, с ним тоже потом на гастролях пересекались, неплохо время проводили. Общались, в общем. Но я хочу сказать, что в Москве, по-моему, всего шесть или семь металлических групп было.

- Так в Питере и того меньше.

А.Б. – А в Питере, по-моему, и не было даже.

- «Фронт» - была такая группа.

А.Б. – Ты понимаешь, Питер - он больше с питерским уклоном таким, у них своя специфика присутствует. В музыке у них больше разговорный жанр, даже вот в тяжелом роке.

С.К. – А вот «Август» - они когда появились?

А.Б. – «Август», да, прикольные были.

- Они питерцы – «Август»?

С.К. – Они питерцы, да.

А.Б. – Мне кажется, они позже. Я могу ошибаться, они к концу 80-х, кажется, появились.

С.К. – Мне кажется они в то же время, 86-87-й, самый рассвет рока у нас в стране.

А.Б. – Вот дело в том, что систематически проводились фестивали московской Рок-лаборатории, «Фестиваль надежд» он назывался. Первый «Фестиваль надежд», там участвовали Борис Гребенщиков, Виктор Цой, «Звуки Му», «Центр», «Николай Коперник» - вот такие группы были. А второй - он был металлический, но там всего было семь групп, потому что больше не было просто. Ну, может, и были какие-то задатки, но их на сцену рано было выпускать. Семь групп, я даже могу их перечислить.

- Давай, давай.

А.Б. – «Тяжелый день», «Легион», «99%», «Коррозия металла», «Укрощение Марса» - была такая команда, «Мартин», «Черный Обелиск». Все, вот семь групп.

- А как-то быстро, да, закончился этот металлический ажиотаж?

А.Б. – Ну, к 89-му году, да, он постепенно сошел на нет.

С.К. – Года четыре, наверное, продолжался, но зато было очень ударно, прямо вот мощно, везде концерты были. Везде!

А.Б. – Да, но должен быть шоу-бизнес, группами должны заниматься. По-моему, что-то для нас делали, и для других групп, что-то, по-моему, делали, я вот подчеркиваю – что-то делали, но этого недостаточно. Надо же, чтобы регулярно выходили пластинки, регулярно проходили концерты, но этого же не было ничего. Так, от случая к случаю было все. Так «Тяжелому дню» удалось выпустить пластинку. Нас как-то пригласили на радио, и вещание было на Бельгию и Голландию. Потом приехали бельгийцы и голландцы и хотели подписать с нами контракт, чтобы советская группа выступила у них в Бельгии и Голландии. Говорили, что мы произведем фурор. Они послушали записи, посмотрели живое выступление. Это было в ДК «Коммуна», на Тульской было такое ДК. И им все понравилось, и они говорят: «Давайте, приезжайте».

- Так приехали?

А.Б. – Нет, до этого дело не дошло. (смеется) Вот я и говорю, что…

С.К. – А вот «Мастера»-то ездили.

А.Б. – Ну, «Мастера», они по частному приглашению ездили. А потом к 89-му году все сошло на нет, и так, в общем-то…

- То есть, у вас попыток как-то на Западе засветится, реальных таких вот, не было?

А.Б. – Ну, проволочки вот эти административные: контракт, кто будет этим заниматься, кто нас туда повезет. И как-то вот это вот заглохло все.

- На самом деле у всех практически команд такая судьба. Кроме «Парка Горького», по сути, всерьез так никто и не засветился. Ну, и у них это тоже недолго продлилось. Возвращаемся в 97-й год, концерт группы «Легион» - «Всех Шутов Прогнать».

19:42 "Всех Шутов Прогнать"
22:22 Об англоязычном альбоме, программе «Дай Мне Имя», клубных концертах и стилистике дальнейших альбомов; читать

- Ну, что же, группа «Легион», «Всех Шутов Прогнать», у нас в гостях Алексей Булгаков и Станислав Козлов. Ребят, после вот той самой паузы небольшой, о которой сказал Стас, вы стали англоязычную уже программу делать?

А.Б. – Пробовали.

С.К. - Да.

- Почему?

С.К. – Вот вопрос. Я вот тоже думаю, почему? (смеется) Я помню, как на каком-то концерте подходили люди и говорили, что…

А.Б. – На фига, да? (смеется)

С.К. – Нет, типа контракт вы какой-то подписали или что? Помнишь, они говорили, единственное условие надо изменить, на русском языке исполнять материал. А мы вот уперлись, молодые. (смеется)

А.Б. – Мы грезили, что мы сможем подписать контракт в Европе с какой-нибудь независимой металлической фирмой, и поэтому решили сделать англоязычный альбом. Еще, помню, у нас демки были, и мы даже ездили, по-моему, на улицу Горького, там международный почтамт был, мы записали кассетки и на западные фирмы рассылали эти кассетки. (смеется)

- Ответил кто-нибудь?

А.Б. – Конечно, никто не ответил. (смеется)

- Ну, а у самого альбома-то какая судьба? Он выходил?

А.Б. – Он вышел у Бориса Зосимова, на виниле. При «Биз Энтерпрайзис» был «Полиграм Рекордз», такое российское отделение, и там он выпустил нам альбом. Алексей Сидоров, такой журналист был (журнал «Рок-сити» у него был, если я не ошибаюсь), ныне уже покойный, к сожалению, и вот он помогал в этом.

- Вещи, которые там, на этом альбоме, англоязычные, они остаются как-то в программе? Может, вы русские тексты на них какие-то сделали?

А.Б, - Нет, благополучно забыт эксперимент этот. (смеется)

С.К. – Вот у нас еще четыре песни, вот я с Лешей разговаривал, уже со Славиком Молчановым мы их писали, их нигде нет. (смеется) Какие-то потерянные четыре.

А.Б. – Не выпускались официально.

С.К. – Да, вот они не выпущены, а хотелось бы все-таки до них добраться. Потому что они все-таки неплохие.

- Вот эта программа, «Дай мне имя», на тот момент, когда был концерт, это была именно программа, еще не было альбома?

А.Б. - Альбом был. В 96-м году он был записан.

- А, он просто еще не вышел?

А.Б. – Я вот не помню…

С.К. – А он вышел совсем недавно. Нет, на кассетах он выходил раньше, но так как-то, не особо заметно прошел.

А.Б. – В 99-м он выходил на кассетах, и только в 2005 году удалось на CD его выпустить.

- Он экспериментальный такой альбом получается? Ведь не чистый же хэви-метал и даже не очень-то хард?

А.Б. – Ну, там элементы прогрессив, элементы арт-рока слышны, элементы хэви-метал. Такая соляночка из тяжелого рока.

С.К. – Я даже не знаю, как это назвать, честно говоря.

- Ну, а как фанаты это восприняли?

А.Б. – Те, кто ценит, любит и разбирается в музыке – очень положительно. Но у нас в основном культура хэви-метал рока в России до сих пор не очень представлена, не очень ее знают, поэтому я считаю, что такой альбом как «Дай мне имя», он не для широкого слушателя. Все-таки в России надо играть какой-то понятный, что ли, хэви-метал. Это не значит, что примитивный, но, во всяком случае, он должен быть понятный.

- А вообще говоря, вот 90-е годы, где вы играли? Уже же не было вот этих вот гастролей, этих чесов, которые могли организовать Стас Намин или какая-нибудь филармония, клубные концерты пошли?

А.Б. – Да, в Москве, клубные. На гастроли мы не ездили.

С.К. – Клубы стали открываться один за другим. В первом, по-моему, мы были в Отрадном. Там где, помнишь, какой-то инцидент был?

А.Б. - В основном мы играли у Трофимова. На Волгоградке рок-клуб был, «Р-клуб». В основном там все концерты проходили, там многие рокеры играли.

С.К. – Был «Секстон» первый, на Соколе.

А.Б. – Да, тоже мы там играли в этом составе.

С.К. - В подвальчике он был там.

А.Б. – В основном по московским рок-клубам этот состав играл.

- «Р-клуб» многие за не очень хороший звук ругали. Как вы? Справлялись?

А.Б. – Да неплохо вроде звучали. Я так не помню, но никаких вроде претензий особых не было.

- Ну, то есть, кто как играет, тот так на самом деле и звучит?

А.Б. – Звучит, да-да.

- Хотел, знаете, о чем еще спросить. Леш, ты уже упомянул, что были определенные заимствования, в то же время у вас получался достаточно разнообразный подход, разные стили, разные жанры. Куда еще дальше потом пошли после вот этого, такого…

А.Б. – После «Дай Мне Имя»?

- Да, после «Дай Мне Имя». В какие направления, в какие стили?

А.Б. – Ну, вернулись к более стандартному сочинению песен в стиле хэви-метал. Или хард-н-хэви, лучше так говорить. То есть, больше такого альбома как «Дай мне имя» у нас в дискографии нет. То есть, есть хэви-пауэр, где-то хэви больше, где-то пауэра больше. Я имею в виду элементы.

С.К. – Мы это называем «хард-н-хэви».

А.Б. – Да, хард-н-хэви. В основном стиль уже устаканился, начиная с альбома «Пророчество» и вот до сегодняшнего дня. Просто сейчас потяжелее все.

- То есть, практически с 2000-2001-го?

А.Б. – Да, да.

- А на тот момент вы ориентировались на группы 80-х или на современные на тот момент, к примеру, группы конца 90-х?

А.Б. – Наверное, на группы конца 90-х, да, больше. 80-е уже не сильно нас вдохновляли. То есть, у нас в каждом альбоме есть какие-то нововведения, но стилистически они, альбомы, не отличаются.

- Мне кажется, Леш, что ты немножко лукавишь. Они у вас очень не скучные с той точки зрения, что можно на одном альбоме услышать то, чего не было на другом.

А.Б. – Да, это вот удается пока.

С.К. – Но все-таки вот эклектики было больше в «Дай Мне Имя». И до этого был Knights of Сross.

А.Б. – Ну, они музыкальные, сильно музыкальные

С.К. – Там можно было из стиля «Меконг Дельта», такого прогрессива, рухнуть куда-нибудь в рэп. Ну, не в рэп, а в регги, например.

- Ну, давайте послушаем еще одну вещь. «Последняя ночь хранителя вулкана», что там будет?

27:51 «Последняя Ночь Хранителя Вулкана»
31:31 О создании песен, вокальных техниках Алексея, любимых басистах Станислава и изменениях в составе; читать

- «Последняя ночь хранителя вулкана», группа «Легион». Ох, ребята прямо переглядывались во время этой вещи: вытянет - не вытянет Алексей там в конце. Но вытянул же, Леш, вытянул. Сам ты музыку-то себе пишешь для своего вокального трека?

А.Б. – Ну да, да, голосовые партии – сам.

- А в целом, песни ты приносишь или это коллективное творчество?

А.Б. – Ну, я начало как бы приношу, свои пожелания, потом вступает гитарист, потом остальные все.  

- Ну, я хочу сказать, что коль ты сам себе вокальный трек пишешь, то здесь ты себе, конечно, планку задрал очень круто.

А.Б. – Задрал, задрал, да. (смеется)

- Кумир у тебя на тот момент с точки зрения вокала, ну, не кумир, а исполнитель, которому хотелось бы следовать?

А.Б. – Соответствовать, да.

- Кто это?

А.Б. – В 90-е? Мы же про 90-е?

- Да.

А.Б. – В 90-е мы слушали много прогрессив-метала, группы Fates Warning, «Меконг Дельта», Psychotic Waltz.

С.К. –Я про них и говорил, да.

А.Б. – Ну, в общем, в таком вот ключе. А там все вокалисты высокими голосами пели. (смеется) И мы решили сделать альбом в таком же духе, то есть, попробовать, на что мы способны. И поэтому, наверное, вот под влиянием прогрессив-рока начала 90-х, металлического, европейского, будем говорить, родился такой альбом, как «Дай мне имя».

- Старались следовать современным тенденциям, все правильно.

А.Б. – Ну, пытались попробовать. А вообще я, конечно, люблю таких певцов, как Ронни Джеймс Дио, Брюс Дикинсон, Джо Линн Тернер, Грэм Боннет, мне они ближе. А здесь как бы эксперимент такой. Потому что петь можно либо так, либо по-другому.  Ну, то есть, либо миксом, либо в напоре.

- Стас, а ты на каких басистов ориентируешься сейчас и тогда, когда 25 лет назад вот этот концерт был?

С.К. – Да я, честно говоря, с детства на этих вот всех рок-командах, Роджер Гловер из «Дип Перпл» и так далее. Но на тот момент, конечно, вот эти группы слушали. Я не помню просто, как там зовут людей, в этих командах, «Меконг Дельта» и так далее.

А.Б – Ральф Хуберт, по-моему, басист там, интересный человек. Из Западной Германии, по-моему, они.

С.К. – Есть такие школы - Пасториуса, Стэнли Кларка, такие вот люди. Было интересно поиграть такие вот джазовые слэповые штучки. Но это вот оттуда, из джаз-рока.

- Много музыки на этом альбоме, действительно. Представьте музыкантов, которые вместе с вами в этом концерте участвовали.

А.Б. – Дмитрий Кривенков – барабаны, Вячеслав Молчанов – гитара. Рядом сидит Станислав Козлов и, который говорит – Алексей Булгаков, вокал. (смеется)

- А вообще, много же было, да, изменений в составе?

А.Б. – Да нет, особо сильно состав не менялся. Я бы не сказал, что у нас особо страшные текучки были. Да, так, время от времени, конечно, уходили-приходили музыканты. Но вот со Славиком мы четыре года проработали, записали «Дай мне имя».  С Кривенковым тоже где-то года четыре, наверное, с барабанщиком, с Димой Кривенковым. Потом состав сменился, Андрей Голованов пришел, после Славика Молчанова как раз. А Дима Кривенков еще играл.

С.К. – Тоже четыре года, кстати.

А.Б. – Да, тоже четыре года. (смеется)

С.К. – С Кривенковым поэтому побольше.

А.Б. – Да, побольше, наверное, побольше. Ну, и так вот, в таком ключе все было.

- А у вас же потом, где-то в нулевые, и клавишник появился?

А.Б. – Да, появился Саня Орлов у нас. Это в 2002 году, в конце, он нарисовался и остался у нас. Решили мы обогатить нашу музыку клавишным звучанием. (смеется)

- Но это рискованный такой ход для хард-н-хэви, нет?

А.Б. – Да нет, наверное, нет. Мне кажется, не рискованный. Потому что вот альбом у нас с клавишами, «Маятник времен», он такой, клавишный, и там достаточно органично все.

С.К. – Там, по-моему, Саши не было еще. Там разве Саша был?

А.Б. – Нет, там Саша клавиши принес только. (смеется) Саша на «Стихии огня» по полной программе уже. Мы обычно использовали современные какие-то клавишные звуки, хоры. То есть, «лордовский» органчик такой мы никогда практически не применяли.

- Мы уже выяснили, что вы как-то в старину не тянулись, все больше вперед.

А.Б. – Да-да-да.

- Давайте послушаем вещь, которая, я не знаю, мне наиболее запомнилась из той программы. Она называется «Девятнадцать лет». Исполняете на концертах до сих пор, нет?

А.Б. – Не-ет. Уже нет. (смеется) У нас аналогичные песни.

С.К. – Кстати, зря, люди просят, очень многие.

А.Б. – Ну, надо делать.

- Мне кажется, что стоит того, классная вещь и за душу берет. Давайте слушать. «Девятнадцать лет», группа «Легион».

35:48 "Девятнадцать лет"
42:35 О текстах и поэтах, сотрудничающих с «Легионом», а также о любимых альбомах группы читать

- Большая красивая баллада, «Девятнадцать лет», группа «Легион» в подкасте «Живьем. Четверть века спустя». Мы слушаем концерт 97-го года, Алексей Булгаков и Станислав Козлов у нас в студии. Ну, вот теперь хотел спросить о тексте. Здесь текст, в этой вещи, он абсолютно на разрыв – современный, очень острый и в то же время очень лирический, очень человеческий. Кто писал тексты для альбома?

А.Б. – Для «Дай мне имя» все тексты написал Евгений Миканба. Потом мы с ним еще много сотрудничали. А эта его с нами совместная работа, по-моему, первая была.

- Вообще говоря, для «Легиона» тексты писали приглашенные поэты, не вы сами?

А.Б. – В основном приглашенные. Но бывало, что я писал. «Листопад», например. То, что было давно. Да, то, что было давно, писал я. А вот где-то начиная с «Дай мне имя» - уже все.

- Ну, вообще для тяжелых групп это характерная ситуация, когда музыку пишут музыканты, а текст пишет поэт. С чем это связано?

А.Б. – Это, наверное, от внутренних ощущений зависит. Я вот, например, за музыку отвечаю, за голосовую партию, за задумки музыкальные. А вот за текст я не могу отвечать. То есть, я пытался писать тексты и, если можно так сказать, стихи какие-то, но я считаю, что это у меня совсем уж неприлично получается. (смеется) Поэтому есть люди, которые гораздо искренней, гораздо душевней и профессиональней напишут.

- Вот о Евгении мы уже сказали, все песни, которые мы сегодня слушаем – это его тексты?

А.Б. – Да.

- С кем еще сотрудничали?

А.Б. – С Александром Афанасьевым, он написал нам все тексты для «Стихии огня». Есть у нас такой альбом, он вышел 2004 году. И на самом первом альбоме, «Лучшие песни 1980-1987», там тоже много песен поэта Александра Афанасьева.

- Давайте вот об этом альбоме. Это была перезапись старых песен, или вы что-то по сусекам пособрали из старых магнитоальбомов?

А.Б. – Перезапись была, потому что двух участников на тот момент уже не было в живых, барабанщика Сергея Комарова и бас-гитариста Олега Царева. Поэтому мы вдвоем записали этот альбом. Алексей Чернышов занимался программингом барабанов, писал бас, акустику, соло-гитару, ну, в общем, продюсирование альбома все на нем было. А я спел.

- Ну, а теперь давай про то, что потом много альбомов, на самом деле, достаточно много альбомов у вас. Вы не та группа, которая раз в 10 лет что-то выпускает. Вот сколько уже, больше десятка же, в итоге?

А.Б. – Вот я не считал, ну, надеюсь, да. (смеется)

С.К. – Ну, девять точно было, я считал.

А.Б. – Девять, да?

С.К. – Ну, можно посчитать, конечно.

- А я вот сейчас одиннадцать насчитал.

С.К. – А, точно одиннадцать, это я соврал.

- Это без концертника.

С.К. – «Четыре стихии» он называется.

- Смотрите, пользуясь Википедией: Knights of Сross – раз, «1980-1987» - два, «Дай мне имя» - три, который мы сегодня слушаем, «У окна» - четыре, «Пророчество», «Маятник времен», «Стихия огня», «Мифы древности», «Невидимый воин», «Двойная звезда».

А.Б. – Да, правильно.

С.К. – Нет, а еще этот… Это сколько сейчас было, десять?

- Одиннадцать.

С.К. – «Новые грани».

А.Б. – А, миньон, да.

С.К. – «Новые грани» еще был.

А.Б. – Одиннадцать с половиной, можно так говорить. (смеется) Там пять песен.

С.К. – И «Четыре стихи».

А.Б. – Ну, «Четыре стихии» - это концертник, его можно не считать.

- Значит, двенадцать с половиной.

А.Б. – Получается, двенадцать с половиной, да. (смеется)

- Кому из вас какой альбом вот так, по душе, ближе?

А.Б. – Ну, они, в общем-то, все неплохие. Но, мне кажется, самый такой мелодичный, что ли, и грамотный в коммерческом плане – это «Стихия огня», на мой взгляд.

- 2004-й, да?

А.Б. – Да, 2004-й.

- Тебе, Стас, как?

С.К. - Мне нравятся «Мифы древности» и…

А.Б. – «Дай мне имя».

С.К. – «Дай мне имя», мы его записывали на «Арии», у Терентьева Сергея. Дима Калинин, по-моему, нас писал, да?

А.Б. – Да.

С.К. – И вот я его в машине ставлю, допустим, эквалайзер включаю, буквально две ручечки, чуть-чуть – звучит просто фирменно. Вот до сих пор, сколько лет прошло – лучше всех. По материалу мне, ну, не считая последнего, конечно, вот «Мифы древности» очень нравятся.   

- А последним ты сейчас «Двойную звезду» считаешь или то, что вы сейчас пишете?

А.Б. – Последний – «Двойная звезда». Крайний.

С.К. – «Двойная звезда» крайний.

- Мы про новый альбом еще поговорим, пока хотелось спросить вот про что. Книга «Рыцари Легиона» - что это?

А.Б. – Это Владимир Марочкин написал про нас книгу. Автобиографическая в какой-то степени книга, с художественным оттенком таким. Он пытался сделать историю в книге. Я, помню, ездил к нему год, наверное, давал интервью.

- Год?!

А.Б. – У других участников он брал интервью тоже. Что и как было – мы рассказывали ему все это. И в итоге он выпустил в 2007 году свой труд. Ну, достаточно такая интересная книга. Потому что там не только о «Легионе», там и о группах московской Рок-лаборатории. А, я забыл упомянуть – мы сотрудничали еще с одним поэтом на нашем долгом творческом пути. Его зовут Владимир Кириллович Сергеев. И вообще, он нам на определенном этапе очень сильно помогал. И с концертами, и с промоушеном, старался нас во все городские акции ставить. То есть, мы единственная из тяжелых команд, которая официально во всех московских праздниках участвовала. Тоже немало для нас этот человек сделал.

-И он же и поэт при этом?

А.Б. – Да, и поэт.

- Здорово. Давайте еще одну вещь послушаем, она называется «Течение». Группа «Легион».

47:57 "Течение"
51:28 О записи нового альбома «Отблески Будущего» и музыке, которую слушают участники группы. читать

- Группа «Легион», вещь называется «Течение». Мы слушаем концерт 97-го года, Алексей и Стас у нас в гостях. Ну, что давайте к сегодняшнему дню. Новый альбом пишете?

А.Б. – Да, вот на студии записываем бас и барабаны. Или барабаны с басом.

С.К. – Сейчас, да.

- Был краудфандинг, да? То есть, такой сбор денег, как сейчас многие делают и, в общем, наверное, это правильно.

А.Б. – Да, мы напрямую обращались к своим поклонникам: если есть среди вас неравнодушные люди к нашему творчеству, пожалуйста, участвуйте вместе с нами в создании нашего нового альбома. И, в принципе, все удачно достаточно прошло. Спасибо большое нашим поклонникам, что они у нас есть, поддерживают, помогают нам. И вот мы начали записывать.

- Есть уже название какое-то у альбома?

А.Б. – Пока рабочее название - «Отблески будущего». Все тексты написал новый, кстати, поэт  - Дмитрий Миронов. И все тексты имеют такую, научно-фантастическую подоплеку.

- Ага. А какие-то вещи уже играли на концертах? Или это все будет полностью премьера, когда альбом выйдет?

А.Б. – Все полностью премьера будет, ничего не играли.

- Как оцениваете, кхе-кхе, состояние мировой и российской тяжелой музыки?

А.Б. – Есть группы, собственно, которые продолжают гнуть свою линию, которые не сдаются, которые держат марку. Ну, поскольку сейчас такая ситуация с музыкой в связи с интернетом, когда вот эти бесплатные скачивания происходят и прочее, то нет денег в шоу-индустрии. Что молодым группам, что немолодым тяжеловато вести активную деятельность, потому что нужны же деньги на запись, на промоушен, на видео, причем, немалые деньги, а их нет. Надеюсь, что когда-нибудь все это исправится. На данный момент вот такие вот трудности.

- Это и для нашей характерно ситуации, и для западной тоже?

А.Б. – Да, я думаю сейчас нелегко не только российским исполнителям.

- Какую музыку слушаете, современную, классическую? Ну, я имею в виду, наверное, классику рока.

А.Б. – Ну, я и классическую музыку с удовольствием слушаю. Вивальди, Бетховен, Бах – вот мои любимые композиторы. Я вообще слежу за новинками в тяжелой музыке. Гитарист наш, Сергей Салкин, он меня подсадил на современных, можно так сказать, гитаристов, и на клевых гитаристов, таких, как Пол Гилберт, Марти Фридман, Стефан Форте, Джефф Лумес. Ну, достаточно много таких интересных современных гитаристов. Именно, я бы сказал, не старой такой плеяды гитаристов, а именно уже какой-то там третьей волны, можно сказать. Слушаю инструментальную музыку, получается. И стараюсь следить за новинками, особенно за звуком, за аранжировками, как сейчас звучат современные металлические команды. Это очень любопытно и интересно.

- А Сергей, у него как раз камбэк такой был, он был в 90-х и теперь снова вернулся к вам в группу?

А.Б. – Да, мы с ним работали с 89-го по 91-й год, потом он вообще не занимался музыкой. Но, поскольку в прошедшем времени музыкантов нет, он решил вернуться.

С.К. – Бывших не бывает.

А.Б. – Да, бывших не бывает. Старые привычки взяли все-таки свое, и где-то, как он говорит, в 15-м году он снова взял в руки гитару и в 16-м  году опять оказался у нас. И вот мы записали с ним «Двойную звезду», полноценный альбом, а также синглы – «Битва с темнотой» и Tears of the Dragon Брюса Дикинсона.

- Стас, а ты что слушаешь?

С.К. – Да, в общем, все то же самое, что и Алексей.

- Вкус имеете похожий?

А.Б. – Ну, где-то да.

С.К. – Ну да.

- И другие музыканты тоже? Или есть какие-то предпочтения у Сергея и у вашего барабанщика текущего?

А.Б. – Насколько я знаю, клавишник и барабанщик, они традиционную больше все-таки музыку слушают, традиционный хэви-метал. Я знаю, что нашему барабанщику Петру Малиновскому нравится Rage. Вот это одна из любимых его команд…

С.К. – Ну, Rage мне тоже нравится.

А.Б. - …за напор, так сказать, за ярость. Саша тоже слушает какие-то пауэрные группы, он нам что-то заводил. Вкусы, конечно, различаются у нас. Если мы - вот где-то одинаковую музыку, то барабанщик с клавишником - несколько другую.

- Ну, они не дадут вам оторваться слишком в эксперименты, а вы, наверное, наоборот, их вытянете из традиционализма такого.

А.Б. – Да, мы дополняем друг друга, точно.

- Вот  это очень здорово. Tears of the Dragon упомянули, это единственный кавер у вас в репертуаре на Брюса Дикинсона?

С.К. – На Дикинсона – да.

А.Б. – Ну, на Дикинсона – да.

- А вообще кавера есть еще?

А.Б. – Да, Fear of the dark мы играем, Enter sandman. Делали Дио мы, Don't talk to strangers, We rock, пробовали Stand up and shout, по-моему. Так что мы балуемся каверами.

- Для концертов в первую очередь?

А.Б. – Да, для концертов, чтобы разбавить наш репертуар и публику заодно повеселить.

- Ну что, дай бог, будет много концертов, когда, надеюсь, рано или поздно, мы выйдем вот из этого состояния, в котором сейчас находимся. Дай бог, выйдет у вас новый альбом, который будет интересно послушать.

А.Б.,С.К. – Да, да, да.

- Ребят, огромное спасибо, что сегодня пришли. Алексей Булгаков и Станислав Козлов, группа «Легион» у нас сегодня в гостях, в подкасте «Живьем. Четверть века спустя».

А.Б. – Спасибо вам.

С.К. – Спасибо, что позвали.

- Заканчиваем еще одной вещью - мы прямо полностью сегодня концерт слушаем, он не такой  длинный, поэтому ни одной вещи не упустили - она называется «В сумерках». Группа «Легион», 97-й год. Тяжелая музыка - форева!

А.Б. – Форева!      

56:43 "В сумерках"
Скачать выпуск

Обсуждение

E-mail не публикуется и нужен только для оповещения о новых комментариях
Марат 22 марта 2022 г. 18:03
Трио Круиз забыли вспомнить, как одну из ярких и раскрученных метал групп
Ответить
Другие выпуски подкаста:
Александр Шевченко и Deja Vu
Спецвыпуск: Иванов, Гришин и Рымов снова в одной студии
"Ночной Проспект"
Сергей Селюнин
"Хобо"
"Ромин Стон"
"Наив"
"24 Декабря"
Спецвыпуск: Рымов, Гришин и Королев разбирают архивы
"Бунт Зерен"
Les Halmas
"Битте-Дритте"
"Матросская Тишина"
"До Свиданья, Мотоцикл"
"Гримъ"
"Оркестр Форсмажорной Музыки"
"НТО Рецепт"
"Секретный Ужин"
Андрей Горохов ("Адо")
"Кира Т'фу Бенд"
The BeatMakers
Mad Force
Jah Division
Владимир Рацкевич
Blues Cousins
"Трилистник"
Василий Шумов
"Оптимальный Вариант"
Александр Ермолаев ("Пандора")
"Грассмейстер"
"Сердца"
"Умка и Броневичок"
"Опасные Соседи"
"Барышня и Хулиган"
The SkyRockets
"Румынский Оркестр"
"Старый Приятель"
"Краденое Солнце" ("КС")
JazzLobster
"Никола Зимний"
"Сплин"
Haymaker
"Оберманекен"
Crazy Men Crazy
Уния Greenkiss (Белобров-Попов)
"Белые Крылья" (Харьков)
Сергей Калугин
"Союз Коммерческого Авангарда" (С.К.А.)
"Над Всей Испанией Безоблачное Небо"
"Рада и Терновник"
Дмитрий Легут
"Вежливый Отказ"
Денис Мажуков и Off Beat
"Игрушка из Египта"
"Разные Люди"
"Крама" (Минск)
"ARTель" (пре-"Оргия Праведников")
"Каспар Хаузер"
"Егор и Бомбометатели"
Слушайте подкаст "Живьем. Четверть века спустя"
Стенограмма выпуска

Эта музыка звучала в живых концертах радио «Ракурс», а сегодня ее создатели беседуют о прошлом и настоящем в подкасте «Живьем. Четверть века спустя» - проекте Сергея Рымова и Вячеслава Гришина.

- Всех приветствую! У микрофона Сергей Рымов, подкаст «Живьем. Четверть века спустя», очередной выпуск. И сегодня мы, наконец-то, к моему глубочайшему удовлетворению, добираемся до тяжелого крыла музыки 90-х годов. Группа «Легион» играла у нас в 97-м году, в студии радио «Ракурс» «За двойными стеклами». И сегодня, в 2021 году, у нас в гостях Алексей Булгаков и Станислав Козлов, музыканты группы «Легион». Привет, ребята! Рад вас видеть!

А.Б., С.Т. – Привет! Здравствуйте!

- Ну, что же, сегодня слушаем концерт, сейчас я вам точно скажу – это был февраль, 9-е число, вы играли программу из нового на тот момент альбома или может даже еще не альбома, но новой программы - «Дай мне имя». Помните что-нибудь? По-честному говорите. (улыбается)

А.Б. – Ничего не помним, по-честному говорим. (смеется)

- Кстати, многие не помнят, но когда слышат себя, начинают вспоминать, и такое вспоминается, что даже сами музыканты не ожидали. Поехали – «Дай мне имя», «Легион».

- Группа «Легион», мы слушаем выступление команды в живом эфире радиостанции «Ракурс», это 1997 год, февраль. Алексей и Стас у нас в студии. Леш, как впечатления?

А.Б. – Ну, пока положительные. Неплохо мы так заколбасили. (смеется)

- Нормально, да. Как тебе, Стас?

С.К. - Да, я тут даже коду вспомнил, настоящую, как мы ее играли, не с пластинки.

- Поменялось что-то?

С.К. – Ну да, кода немножко другая.

- Группа «Легион» - тяжелая музыка. Хэви-метал все-таки, или как?

А.Б. – Ну, там хэви-метал с прогрессив, с арт-роком - такой альбом «Дай мне имя». Там еще влияние других стилей ощущается.

- Ну, мы про стили еще поговорим, у вас там все интересно, вы в этом смысле ребята небанальные. Когда впервые собрались, Леш?

А.Б. – До меня группа «Легион» существовала, по-моему, два года, с 79-го. Я пришел туда в 81-м году. До этого они играли кавера какие-то, на «Машину времени», на «Воскресение». «Битлз» пробовали играть. Но когда я пришел, мы решили уже по-взрослому - хард-рок. (смеется)

- Откуда любовь к хард-року?

А.Б. – Моя любовь началась с 14-ти лет. Я помню, услышал диск «Дип Перпл» концертный, Made in Europe, и что-то зафанател. Но я не могу сказать, что сразу начал тяжелый рок слушать, это постепенно происходило. Потом был «Блэк Сэббат», 74-й, 75-й, 76-й, «Рэйнбоу» Блэкмора параллельно был, и так как-то закрутилось.

- Стас, ты ветеран нынешнего состава. На этом концерте твой бас звучит, то есть, четверть века, в общем-то, уже есть. Но ты в группе не самого начала. Когда в группу пришел?

С.К. – В 92-м году. У них был небольшой провальчик, ну, в плане творчества. Там был еще Дима Хавин, по-моему.

А.Б. – Хавин, да.

С.К. – Да, Дима Хавин был и Большой. Забыл…

А.Б. – Серега Воробьев, кличка Большой. Такой качок был, за барабанами.

С.К. – Да, он спортсмен. Спортсмен.

- До «Легиона» где-то поиграл же, да?

С.К. – Ну да, была такая группа - «Турнир», тоже тяжелая была музыка, а потом поменяли на более такое, к тяжелому рок-н-роллу ближе. Группа не особо известная, ну, то есть, мы играли в ЦДТ, на каких-то там фестивалях.

- Ну, и с 92-го года, соответственно, в «Легионе».  Леш, когда первые концерты пошли? Вот такие уже, серьезные, в том стиле, который, ну, более-менее привычен сейчас слушателю «Легиона»?

А.Б. – Концерты потихонечку начались с 85-го года, с весны, как я помню. Но за весь 85-й год у нас концерта три, наверное, крупных было, и все, больше ничего. А когда наступил 86-й год, там уже по нарастающей все шло.

- А там как-то и Рок-лаборатория подоспела?

А.Б. – Да-да-да, и благодаря им, они стали устраивать концерты. При этом разрешали другие концерты, если мы что-то самостоятельно делали, они это приветствовали. И если нас куда-то приглашали, в другую тусовку, они этому не препятствовали, приветствовали.

- А правда, что «Легион» был вообще первой группой Рок-лаборатории?

А.Б. – Да, правда. Мы из тяжелых групп в 86-м году, в январе, первые сдали программу туда. Мы стали как бы официальной группой. То есть, у нас был паспорт, у нас была утверждена программа. Раньше-то все подпольно играли.

- Смысл Рок-лаборатории был, в первую очередь, именно в том, чтобы играть официально, вообще иметь эту возможность?

А.Б. – Легально, да. Легально и совершенно спокойно.

- Гонорары какие-то платили за концерты или это все было совсем самодеятельно?

А.Б. – Там как-то с билетов давали нам какой-то процент. Вот как раз вот это не совсем официально, (смеется) платили эти деньги. Но поскольку мы ДКшным клубам приносили сборы, то они с нами делились этими сборами.

- Но теперь уже можно об этом говорить. Уже можно. (смеется)

А.Б. – Уже можно. (смеется)

С.К. – Срок давности вышел уже.

- И Стас Намин, сотрудничество было с его центром?

А.Б. – В 88-м году, в мае, мы поступили в центр Стаса Намина. Он базировался в Зеленом театре, и там же проводились фестивали, на открытой площадке. Все лето, насколько я знаю. И ездили на гастроли мы от его центра. Там много рокеров, там почти все рокеры были. И «Парк Горького», кстати, был тоже.

- Но вот да, центр Стаса Намина – это какая-то более тяжелая история, потому что в Рок-лаборатории, по-моему, тяжелая музыка не очень пошла.

А.Б. – Да, там больше по панку прикалывались, я согласен с тобой. «Ногу свело», «Тупые», если я не ошибаюсь. И потом там была Ольга Опрятная, она больше занималась панком.

- Ну, я помню, что в 80-х годах у вас был «Листопад», такой суперхит, всем известный?

А.Б. – Да, узнаваемый. Ну, он и сейчас, в общем-то, очень неплохо (смеется) идет.

- Исполняете?

А.Б. – Да, в конце исполняем его.

- Но на том концерте, который мы сейчас слушаем, была только свежая программа. Еще одна вещь, называется «Полет орла».

- Группа «Легион» у нас в гостях. Подкаст «Живьем. Четверть века спустя» выходит каждую неделю, так что подписывайтесь, очень много интересного. Звуки 90-х годов, группа «Легион», Алексей и Стас у нас в гостях. Вы уже сказали, ребят, что много поездили в свое время, еще в советское. А как принимали в провинции московскую группу, потому что тогда же не было так поставлено дело, чтобы все знали, какие группы существуют, по сути, на слуху было две-три?

А.Б. – Ну, принимали хорошо, потому что это совпало с моментом перестройки горбачевской, людям захотелось глотка свободы и, в принципе, они любую музыку такую, экспрессивную, принимали на ура. Тяжелый рок - она сама по себе такая, заводная музыка, и где бы мы ни были, народ, в общем-то, на ушах стоял. Завести их было нетрудно, но это скорее вот от этой тенденции, о которой я говорил - скорее людям хотелось выплеснуть адреналин. Хотя, конечно, находились и поклонники нашей группы, которые слушали на магнитофонных катушках – тогда через магнитофонные бобины записи распространялись, через киоски звукозаписи…

- А у вас же были в 80-е какие-то магнитоальбомы?

А.Б. – «Апокалипсис», да, был такой альбом. Он сейчас на Ютубе в нашей группе выложен, раритет такой считается. Тот, кто слышал, тот приходил на концерты потом.

- Вообще вот про 80-е и про хэви, про металлическую музыку: какая причина, что настолько это было популярно?

А.Б. – Это во всем мире было популярно. И началось все с Англии, старой доброй Англии, продолжилось в Европе, позже в Америке, ну, и СССР это тоже коснулось. Все-таки я считаю, что 80-е - они более эмоциональные были. Мы же жили в СССР за железным занавесом, и информации поступало мало, и когда вдруг этот железный занавес вдруг неожиданно рухнул, стало все это доступно, и многие группы, и металлические группы, они занимались заимствованиями, много заимствований было…

- Это мы знаем. (смеется)

А.Б. – Это как бы считалось нормально, потому что у нас были кумиры, которые потом, после обрушения занавеса стали гораздо ближе. И все мы хотели на них походить, и что-то, конечно,  у них брали, не стесняясь и не взирая на лица. (смеется)

- А вы брали, скажи честно, Леш? (улыбается)

А.Б. – Да, брали, признаюсь, грешны. (смеется) Есть некоторые моменты и песни, которые похожи.

- А какое-то вообще было металлическое движение единое, когда вот братство «металла», группы, которые играют все друг за друга?

А.Б. – Ну, мы вот корешились с ребятами, была такая группа «99%». С Андреем Суздальцевым большие друзья были, с их вторым вокалистом, Михаилом Скуцким. Частенько мы собирались вместе, брали винцо сухое, пели песни друг другу под гитару. Если что из нового материала было, то делились этим. Да, общались. И была группа «Мартин», Паша Молчанов был вокалист, с ним тоже потом на гастролях пересекались, неплохо время проводили. Общались, в общем. Но я хочу сказать, что в Москве, по-моему, всего шесть или семь металлических групп было.

- Так в Питере и того меньше.

А.Б. – А в Питере, по-моему, и не было даже.

- «Фронт» - была такая группа.

А.Б. – Ты понимаешь, Питер - он больше с питерским уклоном таким, у них своя специфика присутствует. В музыке у них больше разговорный жанр, даже вот в тяжелом роке.

С.К. – А вот «Август» - они когда появились?

А.Б. – «Август», да, прикольные были.

- Они питерцы – «Август»?

С.К. – Они питерцы, да.

А.Б. – Мне кажется, они позже. Я могу ошибаться, они к концу 80-х, кажется, появились.

С.К. – Мне кажется они в то же время, 86-87-й, самый рассвет рока у нас в стране.

А.Б. – Вот дело в том, что систематически проводились фестивали московской Рок-лаборатории, «Фестиваль надежд» он назывался. Первый «Фестиваль надежд», там участвовали Борис Гребенщиков, Виктор Цой, «Звуки Му», «Центр», «Николай Коперник» - вот такие группы были. А второй - он был металлический, но там всего было семь групп, потому что больше не было просто. Ну, может, и были какие-то задатки, но их на сцену рано было выпускать. Семь групп, я даже могу их перечислить.

- Давай, давай.

А.Б. – «Тяжелый день», «Легион», «99%», «Коррозия металла», «Укрощение Марса» - была такая команда, «Мартин», «Черный Обелиск». Все, вот семь групп.

- А как-то быстро, да, закончился этот металлический ажиотаж?

А.Б. – Ну, к 89-му году, да, он постепенно сошел на нет.

С.К. – Года четыре, наверное, продолжался, но зато было очень ударно, прямо вот мощно, везде концерты были. Везде!

А.Б. – Да, но должен быть шоу-бизнес, группами должны заниматься. По-моему, что-то для нас делали, и для других групп, что-то, по-моему, делали, я вот подчеркиваю – что-то делали, но этого недостаточно. Надо же, чтобы регулярно выходили пластинки, регулярно проходили концерты, но этого же не было ничего. Так, от случая к случаю было все. Так «Тяжелому дню» удалось выпустить пластинку. Нас как-то пригласили на радио, и вещание было на Бельгию и Голландию. Потом приехали бельгийцы и голландцы и хотели подписать с нами контракт, чтобы советская группа выступила у них в Бельгии и Голландии. Говорили, что мы произведем фурор. Они послушали записи, посмотрели живое выступление. Это было в ДК «Коммуна», на Тульской было такое ДК. И им все понравилось, и они говорят: «Давайте, приезжайте».

- Так приехали?

А.Б. – Нет, до этого дело не дошло. (смеется) Вот я и говорю, что…

С.К. – А вот «Мастера»-то ездили.

А.Б. – Ну, «Мастера», они по частному приглашению ездили. А потом к 89-му году все сошло на нет, и так, в общем-то…

- То есть, у вас попыток как-то на Западе засветится, реальных таких вот, не было?

А.Б. – Ну, проволочки вот эти административные: контракт, кто будет этим заниматься, кто нас туда повезет. И как-то вот это вот заглохло все.

- На самом деле у всех практически команд такая судьба. Кроме «Парка Горького», по сути, всерьез так никто и не засветился. Ну, и у них это тоже недолго продлилось. Возвращаемся в 97-й год, концерт группы «Легион» - «Всех Шутов Прогнать».

- Ну, что же, группа «Легион», «Всех Шутов Прогнать», у нас в гостях Алексей Булгаков и Станислав Козлов. Ребят, после вот той самой паузы небольшой, о которой сказал Стас, вы стали англоязычную уже программу делать?

А.Б. – Пробовали.

С.К. - Да.

- Почему?

С.К. – Вот вопрос. Я вот тоже думаю, почему? (смеется) Я помню, как на каком-то концерте подходили люди и говорили, что…

А.Б. – На фига, да? (смеется)

С.К. – Нет, типа контракт вы какой-то подписали или что? Помнишь, они говорили, единственное условие надо изменить, на русском языке исполнять материал. А мы вот уперлись, молодые. (смеется)

А.Б. – Мы грезили, что мы сможем подписать контракт в Европе с какой-нибудь независимой металлической фирмой, и поэтому решили сделать англоязычный альбом. Еще, помню, у нас демки были, и мы даже ездили, по-моему, на улицу Горького, там международный почтамт был, мы записали кассетки и на западные фирмы рассылали эти кассетки. (смеется)

- Ответил кто-нибудь?

А.Б. – Конечно, никто не ответил. (смеется)

- Ну, а у самого альбома-то какая судьба? Он выходил?

А.Б. – Он вышел у Бориса Зосимова, на виниле. При «Биз Энтерпрайзис» был «Полиграм Рекордз», такое российское отделение, и там он выпустил нам альбом. Алексей Сидоров, такой журналист был (журнал «Рок-сити» у него был, если я не ошибаюсь), ныне уже покойный, к сожалению, и вот он помогал в этом.

- Вещи, которые там, на этом альбоме, англоязычные, они остаются как-то в программе? Может, вы русские тексты на них какие-то сделали?

А.Б, - Нет, благополучно забыт эксперимент этот. (смеется)

С.К. – Вот у нас еще четыре песни, вот я с Лешей разговаривал, уже со Славиком Молчановым мы их писали, их нигде нет. (смеется) Какие-то потерянные четыре.

А.Б. – Не выпускались официально.

С.К. – Да, вот они не выпущены, а хотелось бы все-таки до них добраться. Потому что они все-таки неплохие.

- Вот эта программа, «Дай мне имя», на тот момент, когда был концерт, это была именно программа, еще не было альбома?

А.Б. - Альбом был. В 96-м году он был записан.

- А, он просто еще не вышел?

А.Б. – Я вот не помню…

С.К. – А он вышел совсем недавно. Нет, на кассетах он выходил раньше, но так как-то, не особо заметно прошел.

А.Б. – В 99-м он выходил на кассетах, и только в 2005 году удалось на CD его выпустить.

- Он экспериментальный такой альбом получается? Ведь не чистый же хэви-метал и даже не очень-то хард?

А.Б. – Ну, там элементы прогрессив, элементы арт-рока слышны, элементы хэви-метал. Такая соляночка из тяжелого рока.

С.К. – Я даже не знаю, как это назвать, честно говоря.

- Ну, а как фанаты это восприняли?

А.Б. – Те, кто ценит, любит и разбирается в музыке – очень положительно. Но у нас в основном культура хэви-метал рока в России до сих пор не очень представлена, не очень ее знают, поэтому я считаю, что такой альбом как «Дай мне имя», он не для широкого слушателя. Все-таки в России надо играть какой-то понятный, что ли, хэви-метал. Это не значит, что примитивный, но, во всяком случае, он должен быть понятный.

- А вообще говоря, вот 90-е годы, где вы играли? Уже же не было вот этих вот гастролей, этих чесов, которые могли организовать Стас Намин или какая-нибудь филармония, клубные концерты пошли?

А.Б. – Да, в Москве, клубные. На гастроли мы не ездили.

С.К. – Клубы стали открываться один за другим. В первом, по-моему, мы были в Отрадном. Там где, помнишь, какой-то инцидент был?

А.Б. - В основном мы играли у Трофимова. На Волгоградке рок-клуб был, «Р-клуб». В основном там все концерты проходили, там многие рокеры играли.

С.К. – Был «Секстон» первый, на Соколе.

А.Б. – Да, тоже мы там играли в этом составе.

С.К. - В подвальчике он был там.

А.Б. – В основном по московским рок-клубам этот состав играл.

- «Р-клуб» многие за не очень хороший звук ругали. Как вы? Справлялись?

А.Б. – Да неплохо вроде звучали. Я так не помню, но никаких вроде претензий особых не было.

- Ну, то есть, кто как играет, тот так на самом деле и звучит?

А.Б. – Звучит, да-да.

- Хотел, знаете, о чем еще спросить. Леш, ты уже упомянул, что были определенные заимствования, в то же время у вас получался достаточно разнообразный подход, разные стили, разные жанры. Куда еще дальше потом пошли после вот этого, такого…

А.Б. – После «Дай Мне Имя»?

- Да, после «Дай Мне Имя». В какие направления, в какие стили?

А.Б. – Ну, вернулись к более стандартному сочинению песен в стиле хэви-метал. Или хард-н-хэви, лучше так говорить. То есть, больше такого альбома как «Дай мне имя» у нас в дискографии нет. То есть, есть хэви-пауэр, где-то хэви больше, где-то пауэра больше. Я имею в виду элементы.

С.К. – Мы это называем «хард-н-хэви».

А.Б. – Да, хард-н-хэви. В основном стиль уже устаканился, начиная с альбома «Пророчество» и вот до сегодняшнего дня. Просто сейчас потяжелее все.

- То есть, практически с 2000-2001-го?

А.Б. – Да, да.

- А на тот момент вы ориентировались на группы 80-х или на современные на тот момент, к примеру, группы конца 90-х?

А.Б. – Наверное, на группы конца 90-х, да, больше. 80-е уже не сильно нас вдохновляли. То есть, у нас в каждом альбоме есть какие-то нововведения, но стилистически они, альбомы, не отличаются.

- Мне кажется, Леш, что ты немножко лукавишь. Они у вас очень не скучные с той точки зрения, что можно на одном альбоме услышать то, чего не было на другом.

А.Б. – Да, это вот удается пока.

С.К. – Но все-таки вот эклектики было больше в «Дай Мне Имя». И до этого был Knights of Сross.

А.Б. – Ну, они музыкальные, сильно музыкальные

С.К. – Там можно было из стиля «Меконг Дельта», такого прогрессива, рухнуть куда-нибудь в рэп. Ну, не в рэп, а в регги, например.

- Ну, давайте послушаем еще одну вещь. «Последняя ночь хранителя вулкана», что там будет?

- «Последняя ночь хранителя вулкана», группа «Легион». Ох, ребята прямо переглядывались во время этой вещи: вытянет - не вытянет Алексей там в конце. Но вытянул же, Леш, вытянул. Сам ты музыку-то себе пишешь для своего вокального трека?

А.Б. – Ну да, да, голосовые партии – сам.

- А в целом, песни ты приносишь или это коллективное творчество?

А.Б. – Ну, я начало как бы приношу, свои пожелания, потом вступает гитарист, потом остальные все.  

- Ну, я хочу сказать, что коль ты сам себе вокальный трек пишешь, то здесь ты себе, конечно, планку задрал очень круто.

А.Б. – Задрал, задрал, да. (смеется)

- Кумир у тебя на тот момент с точки зрения вокала, ну, не кумир, а исполнитель, которому хотелось бы следовать?

А.Б. – Соответствовать, да.

- Кто это?

А.Б. – В 90-е? Мы же про 90-е?

- Да.

А.Б. – В 90-е мы слушали много прогрессив-метала, группы Fates Warning, «Меконг Дельта», Psychotic Waltz.

С.К. –Я про них и говорил, да.

А.Б. – Ну, в общем, в таком вот ключе. А там все вокалисты высокими голосами пели. (смеется) И мы решили сделать альбом в таком же духе, то есть, попробовать, на что мы способны. И поэтому, наверное, вот под влиянием прогрессив-рока начала 90-х, металлического, европейского, будем говорить, родился такой альбом, как «Дай мне имя».

- Старались следовать современным тенденциям, все правильно.

А.Б. – Ну, пытались попробовать. А вообще я, конечно, люблю таких певцов, как Ронни Джеймс Дио, Брюс Дикинсон, Джо Линн Тернер, Грэм Боннет, мне они ближе. А здесь как бы эксперимент такой. Потому что петь можно либо так, либо по-другому.  Ну, то есть, либо миксом, либо в напоре.

- Стас, а ты на каких басистов ориентируешься сейчас и тогда, когда 25 лет назад вот этот концерт был?

С.К. – Да я, честно говоря, с детства на этих вот всех рок-командах, Роджер Гловер из «Дип Перпл» и так далее. Но на тот момент, конечно, вот эти группы слушали. Я не помню просто, как там зовут людей, в этих командах, «Меконг Дельта» и так далее.

А.Б – Ральф Хуберт, по-моему, басист там, интересный человек. Из Западной Германии, по-моему, они.

С.К. – Есть такие школы - Пасториуса, Стэнли Кларка, такие вот люди. Было интересно поиграть такие вот джазовые слэповые штучки. Но это вот оттуда, из джаз-рока.

- Много музыки на этом альбоме, действительно. Представьте музыкантов, которые вместе с вами в этом концерте участвовали.

А.Б. – Дмитрий Кривенков – барабаны, Вячеслав Молчанов – гитара. Рядом сидит Станислав Козлов и, который говорит – Алексей Булгаков, вокал. (смеется)

- А вообще, много же было, да, изменений в составе?

А.Б. – Да нет, особо сильно состав не менялся. Я бы не сказал, что у нас особо страшные текучки были. Да, так, время от времени, конечно, уходили-приходили музыканты. Но вот со Славиком мы четыре года проработали, записали «Дай мне имя».  С Кривенковым тоже где-то года четыре, наверное, с барабанщиком, с Димой Кривенковым. Потом состав сменился, Андрей Голованов пришел, после Славика Молчанова как раз. А Дима Кривенков еще играл.

С.К. – Тоже четыре года, кстати.

А.Б. – Да, тоже четыре года. (смеется)

С.К. – С Кривенковым поэтому побольше.

А.Б. – Да, побольше, наверное, побольше. Ну, и так вот, в таком ключе все было.

- А у вас же потом, где-то в нулевые, и клавишник появился?

А.Б. – Да, появился Саня Орлов у нас. Это в 2002 году, в конце, он нарисовался и остался у нас. Решили мы обогатить нашу музыку клавишным звучанием. (смеется)

- Но это рискованный такой ход для хард-н-хэви, нет?

А.Б. – Да нет, наверное, нет. Мне кажется, не рискованный. Потому что вот альбом у нас с клавишами, «Маятник времен», он такой, клавишный, и там достаточно органично все.

С.К. – Там, по-моему, Саши не было еще. Там разве Саша был?

А.Б. – Нет, там Саша клавиши принес только. (смеется) Саша на «Стихии огня» по полной программе уже. Мы обычно использовали современные какие-то клавишные звуки, хоры. То есть, «лордовский» органчик такой мы никогда практически не применяли.

- Мы уже выяснили, что вы как-то в старину не тянулись, все больше вперед.

А.Б. – Да-да-да.

- Давайте послушаем вещь, которая, я не знаю, мне наиболее запомнилась из той программы. Она называется «Девятнадцать лет». Исполняете на концертах до сих пор, нет?

А.Б. – Не-ет. Уже нет. (смеется) У нас аналогичные песни.

С.К. – Кстати, зря, люди просят, очень многие.

А.Б. – Ну, надо делать.

- Мне кажется, что стоит того, классная вещь и за душу берет. Давайте слушать. «Девятнадцать лет», группа «Легион».

- Большая красивая баллада, «Девятнадцать лет», группа «Легион» в подкасте «Живьем. Четверть века спустя». Мы слушаем концерт 97-го года, Алексей Булгаков и Станислав Козлов у нас в студии. Ну, вот теперь хотел спросить о тексте. Здесь текст, в этой вещи, он абсолютно на разрыв – современный, очень острый и в то же время очень лирический, очень человеческий. Кто писал тексты для альбома?

А.Б. – Для «Дай мне имя» все тексты написал Евгений Миканба. Потом мы с ним еще много сотрудничали. А эта его с нами совместная работа, по-моему, первая была.

- Вообще говоря, для «Легиона» тексты писали приглашенные поэты, не вы сами?

А.Б. – В основном приглашенные. Но бывало, что я писал. «Листопад», например. То, что было давно. Да, то, что было давно, писал я. А вот где-то начиная с «Дай мне имя» - уже все.

- Ну, вообще для тяжелых групп это характерная ситуация, когда музыку пишут музыканты, а текст пишет поэт. С чем это связано?

А.Б. – Это, наверное, от внутренних ощущений зависит. Я вот, например, за музыку отвечаю, за голосовую партию, за задумки музыкальные. А вот за текст я не могу отвечать. То есть, я пытался писать тексты и, если можно так сказать, стихи какие-то, но я считаю, что это у меня совсем уж неприлично получается. (смеется) Поэтому есть люди, которые гораздо искренней, гораздо душевней и профессиональней напишут.

- Вот о Евгении мы уже сказали, все песни, которые мы сегодня слушаем – это его тексты?

А.Б. – Да.

- С кем еще сотрудничали?

А.Б. – С Александром Афанасьевым, он написал нам все тексты для «Стихии огня». Есть у нас такой альбом, он вышел 2004 году. И на самом первом альбоме, «Лучшие песни 1980-1987», там тоже много песен поэта Александра Афанасьева.

- Давайте вот об этом альбоме. Это была перезапись старых песен, или вы что-то по сусекам пособрали из старых магнитоальбомов?

А.Б. – Перезапись была, потому что двух участников на тот момент уже не было в живых, барабанщика Сергея Комарова и бас-гитариста Олега Царева. Поэтому мы вдвоем записали этот альбом. Алексей Чернышов занимался программингом барабанов, писал бас, акустику, соло-гитару, ну, в общем, продюсирование альбома все на нем было. А я спел.

- Ну, а теперь давай про то, что потом много альбомов, на самом деле, достаточно много альбомов у вас. Вы не та группа, которая раз в 10 лет что-то выпускает. Вот сколько уже, больше десятка же, в итоге?

А.Б. – Вот я не считал, ну, надеюсь, да. (смеется)

С.К. – Ну, девять точно было, я считал.

А.Б. – Девять, да?

С.К. – Ну, можно посчитать, конечно.

- А я вот сейчас одиннадцать насчитал.

С.К. – А, точно одиннадцать, это я соврал.

- Это без концертника.

С.К. – «Четыре стихии» он называется.

- Смотрите, пользуясь Википедией: Knights of Сross – раз, «1980-1987» - два, «Дай мне имя» - три, который мы сегодня слушаем, «У окна» - четыре, «Пророчество», «Маятник времен», «Стихия огня», «Мифы древности», «Невидимый воин», «Двойная звезда».

А.Б. – Да, правильно.

С.К. – Нет, а еще этот… Это сколько сейчас было, десять?

- Одиннадцать.

С.К. – «Новые грани».

А.Б. – А, миньон, да.

С.К. – «Новые грани» еще был.

А.Б. – Одиннадцать с половиной, можно так говорить. (смеется) Там пять песен.

С.К. – И «Четыре стихи».

А.Б. – Ну, «Четыре стихии» - это концертник, его можно не считать.

- Значит, двенадцать с половиной.

А.Б. – Получается, двенадцать с половиной, да. (смеется)

- Кому из вас какой альбом вот так, по душе, ближе?

А.Б. – Ну, они, в общем-то, все неплохие. Но, мне кажется, самый такой мелодичный, что ли, и грамотный в коммерческом плане – это «Стихия огня», на мой взгляд.

- 2004-й, да?

А.Б. – Да, 2004-й.

- Тебе, Стас, как?

С.К. - Мне нравятся «Мифы древности» и…

А.Б. – «Дай мне имя».

С.К. – «Дай мне имя», мы его записывали на «Арии», у Терентьева Сергея. Дима Калинин, по-моему, нас писал, да?

А.Б. – Да.

С.К. – И вот я его в машине ставлю, допустим, эквалайзер включаю, буквально две ручечки, чуть-чуть – звучит просто фирменно. Вот до сих пор, сколько лет прошло – лучше всех. По материалу мне, ну, не считая последнего, конечно, вот «Мифы древности» очень нравятся.   

- А последним ты сейчас «Двойную звезду» считаешь или то, что вы сейчас пишете?

А.Б. – Последний – «Двойная звезда». Крайний.

С.К. – «Двойная звезда» крайний.

- Мы про новый альбом еще поговорим, пока хотелось спросить вот про что. Книга «Рыцари Легиона» - что это?

А.Б. – Это Владимир Марочкин написал про нас книгу. Автобиографическая в какой-то степени книга, с художественным оттенком таким. Он пытался сделать историю в книге. Я, помню, ездил к нему год, наверное, давал интервью.

- Год?!

А.Б. – У других участников он брал интервью тоже. Что и как было – мы рассказывали ему все это. И в итоге он выпустил в 2007 году свой труд. Ну, достаточно такая интересная книга. Потому что там не только о «Легионе», там и о группах московской Рок-лаборатории. А, я забыл упомянуть – мы сотрудничали еще с одним поэтом на нашем долгом творческом пути. Его зовут Владимир Кириллович Сергеев. И вообще, он нам на определенном этапе очень сильно помогал. И с концертами, и с промоушеном, старался нас во все городские акции ставить. То есть, мы единственная из тяжелых команд, которая официально во всех московских праздниках участвовала. Тоже немало для нас этот человек сделал.

-И он же и поэт при этом?

А.Б. – Да, и поэт.

- Здорово. Давайте еще одну вещь послушаем, она называется «Течение». Группа «Легион».

- Группа «Легион», вещь называется «Течение». Мы слушаем концерт 97-го года, Алексей и Стас у нас в гостях. Ну, что давайте к сегодняшнему дню. Новый альбом пишете?

А.Б. – Да, вот на студии записываем бас и барабаны. Или барабаны с басом.

С.К. – Сейчас, да.

- Был краудфандинг, да? То есть, такой сбор денег, как сейчас многие делают и, в общем, наверное, это правильно.

А.Б. – Да, мы напрямую обращались к своим поклонникам: если есть среди вас неравнодушные люди к нашему творчеству, пожалуйста, участвуйте вместе с нами в создании нашего нового альбома. И, в принципе, все удачно достаточно прошло. Спасибо большое нашим поклонникам, что они у нас есть, поддерживают, помогают нам. И вот мы начали записывать.

- Есть уже название какое-то у альбома?

А.Б. – Пока рабочее название - «Отблески будущего». Все тексты написал новый, кстати, поэт  - Дмитрий Миронов. И все тексты имеют такую, научно-фантастическую подоплеку.

- Ага. А какие-то вещи уже играли на концертах? Или это все будет полностью премьера, когда альбом выйдет?

А.Б. – Все полностью премьера будет, ничего не играли.

- Как оцениваете, кхе-кхе, состояние мировой и российской тяжелой музыки?

А.Б. – Есть группы, собственно, которые продолжают гнуть свою линию, которые не сдаются, которые держат марку. Ну, поскольку сейчас такая ситуация с музыкой в связи с интернетом, когда вот эти бесплатные скачивания происходят и прочее, то нет денег в шоу-индустрии. Что молодым группам, что немолодым тяжеловато вести активную деятельность, потому что нужны же деньги на запись, на промоушен, на видео, причем, немалые деньги, а их нет. Надеюсь, что когда-нибудь все это исправится. На данный момент вот такие вот трудности.

- Это и для нашей характерно ситуации, и для западной тоже?

А.Б. – Да, я думаю сейчас нелегко не только российским исполнителям.

- Какую музыку слушаете, современную, классическую? Ну, я имею в виду, наверное, классику рока.

А.Б. – Ну, я и классическую музыку с удовольствием слушаю. Вивальди, Бетховен, Бах – вот мои любимые композиторы. Я вообще слежу за новинками в тяжелой музыке. Гитарист наш, Сергей Салкин, он меня подсадил на современных, можно так сказать, гитаристов, и на клевых гитаристов, таких, как Пол Гилберт, Марти Фридман, Стефан Форте, Джефф Лумес. Ну, достаточно много таких интересных современных гитаристов. Именно, я бы сказал, не старой такой плеяды гитаристов, а именно уже какой-то там третьей волны, можно сказать. Слушаю инструментальную музыку, получается. И стараюсь следить за новинками, особенно за звуком, за аранжировками, как сейчас звучат современные металлические команды. Это очень любопытно и интересно.

- А Сергей, у него как раз камбэк такой был, он был в 90-х и теперь снова вернулся к вам в группу?

А.Б. – Да, мы с ним работали с 89-го по 91-й год, потом он вообще не занимался музыкой. Но, поскольку в прошедшем времени музыкантов нет, он решил вернуться.

С.К. – Бывших не бывает.

А.Б. – Да, бывших не бывает. Старые привычки взяли все-таки свое, и где-то, как он говорит, в 15-м году он снова взял в руки гитару и в 16-м  году опять оказался у нас. И вот мы записали с ним «Двойную звезду», полноценный альбом, а также синглы – «Битва с темнотой» и Tears of the Dragon Брюса Дикинсона.

- Стас, а ты что слушаешь?

С.К. – Да, в общем, все то же самое, что и Алексей.

- Вкус имеете похожий?

А.Б. – Ну, где-то да.

С.К. – Ну да.

- И другие музыканты тоже? Или есть какие-то предпочтения у Сергея и у вашего барабанщика текущего?

А.Б. – Насколько я знаю, клавишник и барабанщик, они традиционную больше все-таки музыку слушают, традиционный хэви-метал. Я знаю, что нашему барабанщику Петру Малиновскому нравится Rage. Вот это одна из любимых его команд…

С.К. – Ну, Rage мне тоже нравится.

А.Б. - …за напор, так сказать, за ярость. Саша тоже слушает какие-то пауэрные группы, он нам что-то заводил. Вкусы, конечно, различаются у нас. Если мы - вот где-то одинаковую музыку, то барабанщик с клавишником - несколько другую.

- Ну, они не дадут вам оторваться слишком в эксперименты, а вы, наверное, наоборот, их вытянете из традиционализма такого.

А.Б. – Да, мы дополняем друг друга, точно.

- Вот  это очень здорово. Tears of the Dragon упомянули, это единственный кавер у вас в репертуаре на Брюса Дикинсона?

С.К. – На Дикинсона – да.

А.Б. – Ну, на Дикинсона – да.

- А вообще кавера есть еще?

А.Б. – Да, Fear of the dark мы играем, Enter sandman. Делали Дио мы, Don't talk to strangers, We rock, пробовали Stand up and shout, по-моему. Так что мы балуемся каверами.

- Для концертов в первую очередь?

А.Б. – Да, для концертов, чтобы разбавить наш репертуар и публику заодно повеселить.

- Ну что, дай бог, будет много концертов, когда, надеюсь, рано или поздно, мы выйдем вот из этого состояния, в котором сейчас находимся. Дай бог, выйдет у вас новый альбом, который будет интересно послушать.

А.Б.,С.К. – Да, да, да.

- Ребят, огромное спасибо, что сегодня пришли. Алексей Булгаков и Станислав Козлов, группа «Легион» у нас сегодня в гостях, в подкасте «Живьем. Четверть века спустя».

А.Б. – Спасибо вам.

С.К. – Спасибо, что позвали.

- Заканчиваем еще одной вещью - мы прямо полностью сегодня концерт слушаем, он не такой  длинный, поэтому ни одной вещи не упустили - она называется «В сумерках». Группа «Легион», 97-й год. Тяжелая музыка - форева!

А.Б. – Форева!